— Евгений Станиславович, пришлось мне… -доносится еле слышное из трубки. — Он не хотел ни в какую. Я и попытался…а он… представьте себе!

— Да я уже представил, — фыркает княжеский шурин. — Значит, ты решил действовать силой и Вещий тебя огрел? Подросток в ранге Воина свалил Мастера? Не стыдно? Мало того, что твои действия странные и вызывают вопросы, ты еще и княжескую гвардию опозорил.

Маша, округлив глаза, с удивлением улавливает из динамика:

— Простите, Евгений Стани…

«Выходит, Даня, правда, смог побить Ефрема» — пораженно понимает девушка.

— А что с заданием-то? Провалил, выходит, — в голосе Борзова звенит сталь. — Ушел ни с чем?

— Нет, Вещий…сам…и я ушел…

— Сам дал тебе доказательство, что виновны Вороновы? — вскидывает бровь Борзов. — Ты проверил его? Оно подлинное?

— Слепок матрицы….похож….

Борзов молчит некоторое время, а потом резко свирепеет:

— Так значит, ты мне позвонил, чтобы просто пожаловаться на Вещего⁈ — рявкает он громко. — А за что его задерживать, скажи мне на милость? Доказательство вины Вороновых тебе отдали. Да, по шее тебе тоже дали, но за дело. Ты княжеский гвардеец, а не экспедитор Царской Охранки. Не трожь чужих людей, если повода нет! Время раздора Царства прошло, уже как десять лет борзота не позволительна. В общем, отправляю тебя на переподготовку в Внутреннюю школу гвардии. А то неизвестно, где ты еще князя опозорил.

Борзов кладет трубку и хмуро смотрит перед собой. Только тут он замечает вытянувшуюся Машу рядышком.

— Племяша, давно ли слушаешь? — хмурится Борзов.

— Да я тут с самого начала сидела, — смущается девушка. — Дядя, а это правда, что Даня победил нашего Чтеца?

— Правда-правда, — вздыхает Борзов. — Вещий оказался тем еще самородком.

— Ему же ничего не будет? — волнуется княжна. — Как я поняла, он честь по чести поступил.

— Ну бить уполномоченных княжеских гвардейцев — это совсем не честь по чести, — отрезает Борзов. — Вещий мог бы и дать Ефрему прочесать сознание, ничего бы с ним не случилось. А он решил упереться и выпендриться. Впрочем, привязаться всё равно не к чему, — добавляет княжеский шурин. — В своем прав был он отказать. Тем более раз все равно дал Ефрему нужные воспоминания. Так что и наказывать нет повода.

У Борзова просыпается мобильник.

— Смотри-ка, легок на помине, — фыркает дядя, но трубку брать не торопится.

— Данила звонит? — догадалась Маша.

— Он, стервец, — кивает Борзов и просто сбрасывает звонок. — Пускай поволнуется и помучается. А то еще войдет у него в привычку наших гвардейцев колотить.

Дядя встает и уходит из комнаты.