Но Маша только что, считай, призналась мне в любви. Если я такой весь из себя замечательный, то почему не могу быть знакомым с другими великознатными особами? Тем более с сестрой Димы Паскевича, с которым я нахожусь в контрах. Но пускай этих нелогичных девчонок. На самом деле на это мне совершенно пофиг, а вот про вежливость не стоит забывать. Вежливость украшает человека.

Закончив пережевывать тортик, я встаю и улыбаюсь:

— Зинаида Степановна, добрый день. Вы одна гуляете? Не хотите ли присесть к нам?

А почему бы и нет? Надо держать в поле зрения семейку Паскевич. Неизвестно, что еще они учудят, а так хоть есть шанс подготовиться.

Маша заметно хмурится, но воздерживается от возражений. Зина же осматривает меня с ног до головы пристальным враждебным взглядом.

— Очень любезно с вашей стороны, Данила, — ее словами можно студить молоко для мороженого, но при этом она садится за наш стол. Я падаю обратно на свое место. — И да, я одна. Только в этом торговом центре есть японский магазин юкат. В Японии я привыкла носить эти удобные хлопковые халатики.

— Очень интересно, — суховатым тоном произносит Маша.

Подходит официант, и Зина делает ей заказ. Вскоре ей приносят кофе без десерта.

— Как поживает ваш брат, Зинаида Степановна? — интересуюсь я, про себя надеясь, что младшего Паскевича уже угробили китайские рейдеры на границе.

— Хорошо, спасибо, — новый неприязненный взгляд, затем Зина задает вопрос о том, что интересно уже ей: — А вы, значит, вместе гуляете?

— Верно. Мы с Даней друзья, — кивает Маша и зачем-то добавляет. — Лучшие.

К слову, для меня это такая же новость, как и для княжны Паскевич.

— Я слышала, что вы больше не пишите и не звоните Диме? — Зина поворачивается к Маше."

"— Неужели? — фыркает княжна Морозова. — Да, я с ним не связывалась. И даже не понимаю, с какой стати он ждет моих сообщений и звонков. Вообще-то мы давно расстались.

— Теперь, я, кажется, понимаю почему? — задумчиво произносит Зима.

— И почему же? — с вызовом спрашивает Маша.

У княжны Паскевич словно был заготовлен ответ.

— У вас возникли другие увлечения и другие интересы, — многозначительный взгляд в мою сторону.

— Да мы с Дмитрием имеем совсем противоположные интересы, — спокойно соглашается княжна Морозова. — Он любит привозить из Африки бедных девушек и издеваться над ними, а мне это не по нутру.

— Крия была всего лишь служанкой брата, — возмущается Зина. — Он дал ей работу и медстраховку. Никаких издевательств не было!

— И всё-таки мы разные, — Маша не спорит, тем более что это бесполезно.

Мда, разговор двух княжон сразу не заладился, а я уже и принял достаточно глюкозы, и убедился, что младший Паскевич всё еще жив-здоров, а значит, можно закругляться.