— Нет, ну что ты, ему это не нужно, — покачал головой Аверин, и Оля облегченно вздохнула:

— Правильно, какой из Шамиля киллер? Он добрый и порядочный человек.

— Он ими руководил.

Аверин смотрел в потолок. В комнате стало так тихо, что казалось, слышно, как за стенкой сопят дети. У Данки было чувство, будто она летит в пропасть, а та все не кончается и не кончается. Тем временем, выдержав паузу, Аверин продолжил:

— Баграев первым почувствовал, что бизнес пора сворачивать и первым подался в легальную сферу. Дзагоев пошел следом, они довольно успешно «отмылись» вместе с деньгами.

Арисханов оказался самым жадным, он дольше всего пытался усидеть одним задом на двух стульях, потому, как я понимаю, ему и понадобилось породниться с Баграевым. Влиться грязными деньгами в чистый бизнес. Но это мои предположения, их еще нужно проверить. Баграев и Арисханов тринадцать лет назад ударили по рукам, сговорились поженить детей и начали подтягивать компании к слиянию. Следующий вопрос: какого… В общем, как можно было влезать во все это, девочки? — он снова сверлил их глазами, и Данка чувствовала себя так, будто ее поймали в супермаркете с ворованной шоколадкой. — Оля? Куда ты смотрела?

— Слушай, Аверин, спроси что-то полегче, а?

— Вот я и спрашиваю, как ты могла позволить сестре перейти дорогу Арисханову?"

"— Хватит изображать из себя доброго милиционера, Аверин, — огрызнулась та. — Данка знала о невесте, да мы ее видели, она с Рустамчиком отплясывала на свадьбе и совсем не выглядела обездоленной. И Арисханова этого мы видели, если он настолько оскорбился, зачем приперся на свадьбу?

— Мне тоже это интересно, — неожиданно сменил тон Аверин, согласно кивнув, и Данка совсем потерялась в этих контрастах.

Разговаривать с ним было сложно, он настолько легко ломал все внутренние устоявшиеся представления, как железная болванка, разносящая бетонную стену в пыль.

— По всем правилам Арисханов должен быть оскорбиться, — Аверин потянулся, продемонстрировав напрягшиеся под рубашкой мускулы, — начать бегать по знакомым, жаловаться и обси… В общем, делать из Баграева недоговороспособного и нерукопожатного. Собственно, он и начал это делать, но только после того, как ваш брак был анулирован, что несколько странно.

Поэтому я завтра туда вылетаю, разобраться на месте будет проще. Правильнее всего вам было бы на время переехать в мой дом, но это привлечет лишнее внимание. За вами присмотрит Волошин и Клим, это мой племянник, — пояснил он Данке.

— Константин Маркович… э… Костя, — поправилась она, поймав укоризненный взгляд. — У меня просьба. Можно попросить вас… тебя не смотреть эти кадры? Просто… просто они настоящие.

Аверин замолчал, склонил голову набок и сцепил пальцы в замок.

— Я уже их видел, Дана. Прости.