Тогда за дело взялись матёрые адвокаты и начали его разваливать.

До суда всё же дошло, но хоть сообщники и сообщали, что Степанюк несколько раз отправлял одиноких старушек не в домик в деревне, а сразу на тот свет, но суд эти показания не принял. Да и вообще, адвокаты весь процесс кричали, что это просто кто-то пьяный уснул с сигаретой, вот всё и сгорело.

Да и мой старый знакомый Басмач тогда подсуетился, подмазал кого надо, чтобы с этой схемы перепродажи что-нибудь поиметь. После этого они со Степанюком в саунах гуляли и водку-пиво с коньяком кушали. В итоге, посадили кого-то из шестёрок, а сам Степанюк зоны избежал.

Так что на роль козла отпущения он подходит, не в той жизни, так в этой. Тем более, к этому дню на нём уже должно висеть несколько мокрух, он занимается такими делами с 1995-го. Тем более, он мошенник, как и Лесник, так что их легко свяжут друг с другом.

Ну и главное — той семье он уже не навредит.

Пообщался с Глебом, он про этого товарища знал, ведь он и его сообщники были под прицелом у РУБОП, но они пока собирали против него материал. Мокрухи были, но только с косвенными уликами, в суд не пойдёт, но впечатление все уже составили, были уверены, что на счету Степанюка есть убийства.

Короче, уже утром в десять часов я был в офисе дельца и расписывал ему преимущества, которые даст обладание тем заброшенным кафе «Алина», куда так упорно меня звал Лесник. Степанюк внимательно меня слушал.

Суть в том, что, якобы, москвичи хотят строить там торговый центр как раз под планы о строительстве нового микрорайона, но кто-то уже прочухал, что там будет, и собирается выкупать всю доступную территорию для перепродажи, поэтому нужно успевать, пока есть что покупать и пока законы позволяют.

Причём я пришёл не просто так, а с рекомендациями, якобы меня направил сюда сам Атаман. Хозяин офиса звонить и проверять, само собой, не стал, откуда у него номер главы крупной ОПГ? Не настолько он пока ещё большой делец.

Офис у него маленький, буквально небольшой кабинет в местном торговом доме, на третьем этаже. Нет секретарши, а громилы Степанюка обычно где-то крутятся. Всё оформлено, скорее всего, на какого-то бомжа, а самой фирме принадлежат разве что скрепки.

Очень тесно, большую часть помещения занимал шкаф с одеждой и стол, стул для посетителя едва помещался в промежуток между столом и побеленной стеной. Но к нему клиенты и не ходят, просто он организовал это место для статуса, мол, есть офис в центре.

Вся мебель дешёвая, разве что настольный канцелярский прибор с часами смотрится дорого, под малахит.

— Надо успевать, — толстый усатый мужик с косым правым глазом быстро перебирал бумажки, якобы работал, но я видел, что это старые квитанции, телеграммы и лотерейные билеты.