Но интересная тактика: и компромат на Веселовского дают собрать, но сами как бы и не при делах. Хитрые гады.

— Я всё равно не догоняю, — тихо сказал Ярик, — ну и чё такого, что играет?

— Смотри дальше.

Веселовский вернулся, достал из кармана пиджака ручку, но она не писала. Китаец с улыбкой подал ему свою, наверняка какой-нибудь «паркер», ещё и золотой. И тут Веселовский что-то написал, китаец осторожно сложил лист, убрал в карман и пожал бывшему чекисту руку.

Он ушёл, а девушка-китаянка в очень коротком синем платье принесла Веселовскому ещё крышек. Судя по всему, в первой партии же он выиграл и заулыбался, но тут камера сбилась и снова начала снимать пол.

— Чё, Семёныч, карта прёт? — спросил кто-то рядом с камерой.

— А мне всегда прёт! — отозвался второй."

"Оба голоса были мне знакомы. Семёныч — это Владимир Семёнович Веселовский, а спрашивал, похоже, сам Зиновьев, голос грубый, его. После этого запись прервалась, и дальше на кассете показывался только сплошной белый снег, больше ничего не было записано до самого конца.

— Смотри, братка, — сказал я, наклоняясь к Ярику. — Веселок — безопасник, по факту — проводит нелегальные операции для филиала банка, отжимает бизнесы, отмывает бабки, запускает всякие схемы.

Раз он в регионе тут мотается на новом «Мерсе», значит, ему доверяют. Иначе бы не отправили сюда в одиночку. Значит, делает большие деньги.

— Ну, — он посмотрел на меня.

— Но он, смотри, — я отмотал запись на начало игры, — красный как рак, волосы дыбом, чуть ли не руки трясутся. Да он котлы свои снимает, погляди. Он сильно проигрался, брат. Думаешь, банк после такого оставит его на должности? Да они его закопают. Кто знает, что он китайцам передал. Таких людей на такую работу не то что не берут, это всё равно, что с наркоманом общий бизнес делать.

Только тот за дозу любого сдаст, а этот — чтобы отыграться. У тебя в братве не так разве было? Но он хитрый, КГБшник же, поэтому и не спалился до сих пор.

— Ну да, — Ярик почесал лоб, — так-то это косяк, что так играет. У нас бы предъявили за такое.

— Особенно после этого, — я отмотал до момента, где Веселок писал бумагу, — что там у него? Долговая расписка? Или обязательство, что он подыграет китайцам? Или какая-то информация про банк? В банке сразу выводы сделают, как увидят, поймут, что верить ему нельзя, и что он возвращает долги китайцам.

Значит, может играть в их пользу, для их выгоды, в ущерб банку. А что это за китаец? Явно какой-то бандит. Причём не последний. Может даже «голова дракона», как их паханы называются. И главное — в курсе, что Зиновьев снимает, но позволил это. Возможно, Веселок как-то Зиновьева прижал, пока они оба в Китай ездили, а китайцы хотели с ментом работать, а не Веселовским. Вот и разрешили это сделать.

— А что Зиновьев? — Ярик нахмурил лоб.