На меня смотрели непонимающе, кого-то моё решение удивило. Но они всё поймут, как только сами взглянут в контейнер. Все здесь, только Абхаз был на улице, приводил в чувство облитого бензином парня.

— Чё такое? — медленно спросил Сибиряк. — Что там?

— Глянь сам. Только маску не снимай, — я покрутил в руках свою, вязаную, с прорезями для глаз.

Сам я не сталкивался с китайскими бандитами, но Иванов про эту схему упоминал, да и у китайской мафии приоритет всегда был на деньги, для заработка они были готовы на всё. Сотрудничали со всеми, от властей до бандитов, а заработанные за бугром бабки везли к себе домой.

Кто-то бы сказал, что у них никаких принципов нет, а у наших бандитов вроде как есть понятия. Ага, щас, держи карман шире, ёпрст. По факту, когда на кону такие деньги, на принципы им всем плевать одинаково…

Товара на складе было много. В ящиках у стены — китайские калаши и патроны, но попадаются и пакеты с белым порошком, не так много, но дурь сама по себе стоит больших денег, не надо возить её тоннами.

А вот в контейнере товар другой — живой. Не оттуда к нам, а наоборот, туда, к ним. Говорят же, что китайцы там в своих борделях очень любят русских красавиц…

Но не все, кто там был, под это подходили.

Вспоминались байки про воровство людей для того, чтобы вырезать у них органы, но сейчас это байками не казалось. Увезут в Китай и распотрошат в каком-нибудь подвале. Кто помешает, кроме нас?

Пять связанных девушек и пара пацанов помладше, неизвестно, кто откуда. Руки стянуты, на рту скотч, все привязаны к петлям, приделанным к стене контейнера. У выхода стояло вонючее помойное ведро, будто иногда конвоиры отцепляли их по очереди, но за пределы склада не выводили.

Не знаю, где их взяли и когда, но вид у них пока ещё не особо истощённый, явно прошло только несколько дней. Зато напугало это их всех будь здоров. Взгляд, который девушки тогда бросили на меня, едва я заглянул туда, будто выжгло в памяти…

Здесь происходит серьёзная схема, о которой я даже не слышал. Ну как не слышал? Когда пропадает человек, то заводится дело об убийстве, даже если нет оснований полагать, что его убили. Такой порядок. И далеко не всегда можно найти кого-то из пропавших. И кто знает, сколько из них после пропажи оказались на этом складе, пока Гила случайно не поджёг того парня? А потом в других складах, их в этом районе — десятки.

Сидят здесь, потом их ночью вывозят, запихивают в вагон, провозят по фальшивым декларациям и платят таможне, чтобы никто внутрь не лез. Тут много кто замешан: и те продажные опера из линейного, и кто-то на таможне, и те, кто это крышует, дают эти склады и прикрывает. Не зря же Гила требовал позвонить Дяде Ване, этот хитрюга, поборник традиций, родную мать за деньги продаст.