А если полезут, скажи, что Коршуна знаешь, он с братом и пацанами приедет, всех уроет. Цифры мои возьми, — он сунул ему свою визитку в джинсы.

— Да меня мамка за рубаху убьёт! — промычал парень. — Новая же!

Я наскоро осмотрел его, но переломов и увечий не было, вмешались мы вовремя. Ну, в таком виде ему дома точно добавят. Такие уж времена, с матерями шутить нельзя. Это потом с детишек пылинки будут сдувать, а сейчас не церемонятся.

— Доедем до меня, — сказал я, — в порядок себя приведёшь, увезём домой. Сейчас ещё одного человека захватим и поедем…

Заехали за Сибиряком на работу.

Увидев побитого пацана в машине, Глеб тут же стал профессионалом — проверил, насколько серьёзно побили и обстоятельно допросил.

— Заявление надо писать, — сказал он после всего.

— И чё, найдёте? — со скепсисом спросил Ярик. — Не найдёте, некогда вам. А кое-кто найти может… знаю я их. Ты тоже знаешь.

— Подумаем, — Глеб сел на сиденье. — Ты, пацан, главное, не ссы, в обиду никто не даст. Как зовут?

— Макс, — отозвался тот, вытирая красное лицо.

Увёз его к себе, чтобы лицо помыл, а то свою мамку шокирует своим видом, нашёл ему футболку в шкафу, и после довёз до дома в районе «Птицы».

Макс под конец поездки оживился, просил показать стволы, пока мы не велели ему сидеть тихо и помалкивать. Ну и денежку дали на новую рубашку, а то и правда получит из-за этого от родителей.

— Вот гады какие, — Сибиряк матюгнулся, когда пацан вышел у дома. — Ладно, какие у нас планы? По пивку?

— Нет, сегодня работаем, — я нажал на газ, объехал клумбу и выехал со двора. — Наезжаем на китайцев.

— Ого, — Глеб удивился. — А как?

— Вот сейчас и объясню. Схема долгая, брат в курсе.

И куда нападать, мы знаем. Ты лучше расскажи, что ты знаешь о харбинских китайцах у нас в городе?

— Ну, китайцы, — Сибиряк пожал плечами. — Сами по себе живут, что-то мутят. Жрут только по своим китайским кабакам, ходят только по своим китаянкам в своих же шалманах. Сами по себе, Лёха, говорю же. Иногда находят труп какого-нибудь китаёзы, ну так это сразу — темнуха, ничего не вычислишь. Никто ничего и никогда не видел. Но это редко, трупы они прятать умеют.

— Лёх, а помнишь, как прадед рассказывал? — спросил вдруг Ярик.

— В тайге он когда жил, в детстве, ещё до Гражданской. Ходили. туда китаёзы золото мыть на прииск, их казачки ловили, за косы к деревьям привязывали, чтобы висели, пока звери не сожрут. А золото пропивали. Говорил — идёт по лесу, а там головёшки одни висят на косах.

— Помню-помню, — я кивнул. — Короче, мужики, есть Гила, который работает с китайцами.

— Блатной? — спросил Глеб. — Знаю его.

— Угу. И я давно хочу в группу взять Алибека, нашего Абхаза. Он себя проявит, тем более, Валерка пока на больничном.