Каждый из них был украшен в стиле и вкусе каждого Члена Совета, чье имя красовалось на вершине: Кларетта, Велия, Алина, Терик, Лиора, Эмери, Оралье, Рамира, Дарек, Ноланд, Зарина и Бронте.

Софи знала некоторых из них лучше, чем других, и была пара, которым она даже стала бы доверять. Но она никогда не переставала желать, чтобы стоял простой, прозрачный трон Члена Совета Кенрика.

Кенрик был добрым. И смешным. И одним из самых преданных сторонников Софи.

И он был бы жив, если бы не она.

Девушка старалась не думать об этом, потому что чувство вины могло разрушить ее рассудок. Но она все еще могла чувствовать жгучий жар пламени… все еще слышать хруст, треск и крики, когда драгоценная башня плавилась вокруг них. И она никогда не забудет насмешки Финтана, когда он зажег Эверблейз, чтобы не дать ей получить его воспоминания.

Софи была только раз в Обливимайре, той ночью из-за прямого приказа Совета. Но если бы она была сильнее, быстрее, умнее Финтана…

— Ты в порядке? — спросил Киф, поправляя прядь ее светлых волос, чтобы привлечь внимание. — И прежде чем ответить, помни: ты говоришь с Эмпатом. К тому же, ты уже вырвала две ресницы с тех пор, как мы здесь, и я могу сказать, что ты умираешь от желания взяться за третью.

Так и было.

Ее ресницы чесались всякий раз, когда она беспокоилась, и выдергивать их было таким облегчением, но она продолжала пытаться избавиться от этой привычки, поэтому удержала руки по бокам и заставила себя встретиться с взглядом ледяных голубых глаз Кифа.

— Я в порядке.

Когда он поднял одну бровь, она добавила:

— Я просто расстроена. Хотела бы я, чтобы Совет провел Трибунал по Финтану, а не по Альвару.

Киф наклонился чуть ближе.

— Я не позволю Фитцеру услышать это.

— Знаю. Или Биане.

Младшие Васкеры отсчитывали дни до приговора Альвара, и Софи не винила их в том, что они хотели, чтобы все было улажено со старшим братом.

Но…

Она оглянулась через плечо, благодарная, что зал все еще был пуст, так что она могла задать вопрос, который пыталась не произносить.

— Разве это не пустая трата времени?

— Потому что Альвар ничего не помнит? — спросил Киф.

Софи кивнула.

Альвар был давним членом Невидимок, участвовал во многих их самых жестоких планах, прежде чем Софи и ее друзья нашли его под седативными, истекающим кровью, в ловушке в камере в заброшенном убежище. И когда он, наконец, пришел в сознание, он не мог даже вспомнить свое имя.

Похоже, он не притворялся. Софи проверяла. Как и Фитц. И Олден. И мистер Форкл. И Кинлин. И Член Совета Эмери вместе со всеми Телепатами, которым Совет доверял. Никто из них не смог найти ни одного воспоминания в голове Альвара, как бы глубоко они ни искали.