На этот раз удар достиг цели. Тепловая волна отбросила принца к стене и с силой придавила, удерживая на месте.

— Довольно, — прорычал генерал. На лбу выступили капельки пота. Еще немного и магия вспыхнет, превратив его в огненный факел. Допустить этого Нед не мог. Иначе он просто сожжет и принца, и Фанни.

Альберт опустил взгляд на свиток. Потянулся к нему в попытке поднять, но сила Бэрилла не давала сделать даже шаг.

— Ты не получишь свиток! — прохрипел принц.

— Хватит глупостей, Ал! Мы найдем компромисс! — подошел ближе Нед. — Мы…

Он не договорил. Полный лютой ярости, принц вскинул руку и ухмыльнулся, но так неприятно, что внутри у лорда Бэрилла что-то сжалось. Дурное предчувствие? Ощущение опасности.

Альберт соединил пальцы и только тогда Эдвард понял, что задумал принц.

— Проклятье, Ал, не надо! — взревел хозяин Пустошей, но его высочество лишь рассмеялся и щелкнул пальцами. В тот же миг шар, висевший над противниками и Фанни, до сих пор опутанной магией Эдварда, с яркой вспышкой взорвался и стены, пол, и даже потолок, словно пришли в движение. Жуткий грохот и шум падающих камней заглушили вопль ужаса, сорвавшийся с губ мисс Харрингтон. Но за мгновение, за долю секунды до того, как камни упали вниз, Нед поднял руки и сделал то единственное, что только смог сделать: выставил огненный щит, укрыв себя, принца и девушку от камней, несущих смерть.

— Как она? — прорезал темноту тихий голос, в котором отчетливо звучала усталость.

— Она в порядке, если не считать того, что полностью опустошена, — ответил кто-то. И оба голоса были мне знакомы.

Резко открыв глаза, увидела над собой потолок и кружившуюся люстру, которая не сразу застыла на месте. Ощущения были как после долгой болезни: слабость и, еще раз, слабость.

— О, леди Бэрилл! Вы пришли в себя? — прозвучало совсем рядом и я, повернув голову набок, не удержалась от вздоха облегчения, вырвавшегося из груди.

В комнате, помимо меня, находились двое. Рози и Эдвард. И оба улыбались.

— Ты жив! Этот жуткий обвал, я… — не хватало слов, чтобы передать то волнение, которое охватило меня при виде мужа. И пусть лицо его было осунувшимся, а под глазами пролегли тени, но это был он, мой генерал, мой муж. Живой и, хвала всем богам, невредимый. А еще…еще он стоял, хотя и опирался на деревянные костыли. Но все же был на ногах!

— Ты! — прошептала я.

— Полагаю, вам надо поговорить? — произнесла Розалин, после чего, не дожидаясь ответа, вышла из спальни, которая принадлежала Бэриллу.

— Я рад, что ты в порядке, — сказал муж и подковылял ко мне. Присев на край постели рядом со мной, он отложил костыли и потянулся ко мне, чтобы обнять.

Приподнявшись и чувствуя себя изможденной и слабой, я растаяла в ласковых руках мужчины.

— Ну, ложись. Тебе нужен отдых.