"

"Потом пришло время Речи Драконов. Новым чудом было слышать подлинный голос Младшего, вместо бессмысленного мяуканья произносящий «небо» и «пламя». Наконец они поднялись в воздух, и Младший летел сам, а Джет обмирал от сладкой жути: ему казалось, что душа его покинула тело и парит вовне. Солнце на небосводе сделало не более двух малых дуг, а они уже взмахивали крыльями вместе, как два гребца в лодке, соизмеряя взмахи с ударами сердца.

Когда Преображение завершилось, Джет и Младший отправились в Урочище Повелителя, и Младшему было наречено имя: Тар.

* * *Не только козы, людишки также изрядно обнаглели, вообразив, что могут уже и не отдавать дракону по быку в каждую луну. Стоило дважды не явиться за данью, и они возомнили себя свободными! Привязанного быка у сухого дерева не обнаружилось. Более того, на горизонте показались копья. Отряд явился узнать, как лежится в песках крепости драконьему золоту.

Хорошо лежится. Не хуже, чем будет вам, о мечтатели!

Джеттар потянулся, прогибая хребет, глубоко вздохнул и расправил крылья.

— Мы убьем их всех? — спросил Тар. Голос его уже начал ломаться, скоро на смену нежному писку придет подлинный звук, от которого подгибаются колени верблюдов.

(На самом деле он спросил: «Я убью их всех?» В Речи Драконов есть три слова, обозначающие «я»: «я» — дракон, его же употребляют Одиночки, говоря о себе; «я» — та голова, что говорит, и «я» — другая голова. В этот раз Младший подразумевал Джеттара.)

— Не всех, — отвечал Джет. — Кто-то должен убежать и поведать остальным, что дракон жив и обзавелся новой головой.

Тар не подхватил его смеха.

— Мне жалко их.

Действительно, он жалел их. Джеттар чувствовал, как хохот битвы мешается в нем с чем-то иным, сродни ключевой воде.

— Почему? — полюбопытствовал он. — Это гады, к тому же злые.

Тар глянул на Джета широко раскрытыми глазами, синими, как ночь.

— Их жизнь, верно, очень тяжела. Не хотел бы я вновь родиться одним из этих… Но ведь зачем-то они нужны Единому?

— Про то ведает Он. Если они нужны Ему, пусть повелит им расплодиться в ином месте и в иное время. Мне в моей пустыне они не нужны.

— Неправда, они нужны и мне тоже! Где я возьму быка, если не будет их?

— Гм…

— И откуда бы взялась сама пустыня, если бы они не срубили больших деревьев?

Теперь Джет ощутил торжество и смех своего Младшего. И рассмеялся сам. Но уже не тем смехом. «Поистине, Тару уроки пошли впрок. Месяца не прошло, а он кстати припоминает словцо из Песни Песка. И мыслит так ясно, что меня самого берет врасплох. Ну что за чудо!»

— Хорошо. Я оставлю в живых более половины. А ты отрешись, можешь и когтей не сжимать.

* * *— Кто это? — спросил Тар.

— Ниа-на-Марх, — ответил Джет, следя сквозь прищур, как сосед поднимается ввысь и поворачивает против солнца.