В покои кто-то ломился, в то время, как служанка пыталась объяснить настойчивому гостю, что, де, спят графья.

Гостем, а вернее, гостьей, оказалась тетушка Элизы. Та почему-то была уверена, что ее племяннице срочно нужна ее поддержка и прямо сейчас. Создавалось впечатление, что с Элизой случилось что-то страшное и ее обязательно нужно утешить, чтобы она не покончила с собой от горя.

Новоиспеченная графиня, натянув на себя первый попавшийся халат (пеньюар на голое тело в данном случае выглядел бы уж очень вызывающе) и выползла в гостиную, больше напоминая самой себе умертвие.

Во всяком случае, об этом говорили ее взлохмаченная прическа и синяки под глазами в поллица.

— Тетушка, что-то случилось? — обеспокоенно спросила девушка.

— Случилось! Время уже послеобеденное, а ты все еще не пришла ко мне, я беспокоилась, как ты там!

— Тетя, у меня была первая брачная ночь! — взмолилась Элиза, надеясь на благоразумие тети.

— И что? Это дело пяти минут! И не повод спать до обеда! Ты никогда раньше себе такого не позволяла!

— Это было раньше. Теперь я — графиня и у меня совсем другие условия и правила жизни.

— Что ты хочешь этим сказать? — взвилась тетушка. — Теперь ты будешь пренебрегать нами, твоими самыми близкими родственниками? Неблагодарная! Да мы все для тебя сделали, мы вырастили тебя, как своего ребенка!

— И обокрали, как чужого! — услышала Элиза голос мужа, выходящего из спальни, также в одном халате.

— Да что вы… Да как вы смеете! — вопила тетушка.

— Я провел расследование. Родители Элизы оставили ей дом и неплохую сумму денег в наследство. Все это время вы жили в доме Элизы и тратили ее наследство. При этом саму девушку держали в черном теле и во всем ограничивали.

То, что должно было стать приданым моей жены, куда все это делось?

— Я… Да ноги моей не будет в этом доме… дворце! — И тетушка гордо удалилась из их покоев.

Элиза стояла с выпученными от удивления глазами.

— Это правда? — спросила она дрогнувшим голосом.

— Абсолютная. Прости, что тебе пришлось об этом узнать. Но может быть, хотя бы теперь она перестанет выносить тебе мозг."

"Глаза девушки наполнились слезами. Она всегда считала, что тетя и дядя взяли ее к себе из милости и содержат ее в ущерб своему комфорту.

А оказалось, что все это время они жили на ее деньги, да ее же ими и попрекали.

— Детка, не стоит больше думать о том, что прошло. Теперь я не дам тебя в обиду и буду заботиться о тебе, — успокаивал ее граф.

Он крепко обнял жену и поглаживал ее по голове, как маленькую, успокаивая и целуя ее глаза и щеки. В этот момент в покои вломился Его Величество. Его-то служанка остановить не посмела.

— Вы, наконец, встали! Всю ночь, поди, развлекались?

В голосе Антуана сквозила зависть.