— Знакомься — Виктор Воронцов. Мой давний приятель.

Ну, блядь, приехали. Вот откуда ветер-то дует.

Молча пожимаем друг другу руки. Хватка у мужика что надо. Да и взгляд такой, что спокойно выдерживает мой, даже не дергаясь.

На вид ему около сорока пяти. Крепкий, явно с военной выправкой, цепкий взгляд и легкая седина на висках. Наскоро перебираю в памяти все, что знаю о нем — кажется, генерала ему так и не дали, но за глаза называли именно так. Виктор ушел на вольные хлеба, но по-прежнему остался связанным с военной темой благодаря своему проекту Каракурт. Ох, сколько про него ходило слухов в свое время. Много кому хотелось оттяпать этот лакомый кусок. Но походу, Воронцов все еще у руля.

— Ты сказал, надо поговорить, — обращаюсь к Савицкому.

— Когда ты собирался рассказать, что копаешь под меня?

Вопрос в лоб, которого я, признаться, пока не ждал. По плану у меня было несколько дней в запасе — как раз чтобы разрулить все и справиться с наклюнувшимся пиздецом.

— А я должен был?

— Нет? — кажется, Савицкий и впрямь растерян. — Черт, Ян, вообще-то мы столько знакомы, что… Да я тебя щенком молодым еще помню! — кипятится генерал. — А ты, получается, продался с потрохами! Да ты как вообще посмел! Я же тебя в семью принял! Дочь за тебя отдал, а ты…

— Ну, положим, дочь ты спихнул, чтобы зад свой прикрыть, — скучающим тоном возражаю ему."

"Жаль, конечно, что не успел я. Те несколько встреч, что у нас с Дмитрием были, помогли мне поставить нужные программы на его лэптопе. Вопрос в том — смогли ли мои техники выгрести все, что надо, к этому моменту?

Савицкий багровеет, бесится.

— Ты вообще ее под мухой трахнул!

— Кто тебе сказал? — холодно возражаю. — Я ее не тронул именно потому, что видел расклад, Дима. Хотя мог бы.

— На тех фото кровь!

— И? Включи мозг, если он вообще остался. Я, по-твоему, кто? Насильник? Хотел бы, выебал бы ее в любой подворотне, куда затащил бы, не заморачиваясь насчет отеля.

Он хлопает глазами, в которых очень медленно набирает обороты понимание.

— Подожди, ты что…. Ты знал?

— Странно, что ты не знал, — жестко рублю в ответ. — Она — твоя дочь! И где твоя ебучая родительская любовь? Там, где ты жахаешь тетку за спиной жены, а в итоге платит по счетам твой же ребенок?

Генерал бледнеет, хватается за грудь, и прибор справа издает противный писк.

— Давайте-ка для начала все успокоимся, — вмешивается Воронцов. — Ситуация уже сложилась. Надо думать, что делать, и кто на какой стороне будет.

— Это Ива тебе рассказала? — хрипит Савицкий. — Что она говорила? Как она?

— А сам как думаешь?

Во мне нет ни грамма сочувствия к этому мудаку. Я понимаю — в жизни всякое бывает. Но если ты уж понял, что твоя жена — мимо, что тебя корежит от другой бабы, ну будь мужиком — скажи как есть.