И неважно, что это. Позволяешь ли себя трогать шизофренику, спишь с женщиной или тремя баскетболистами одновременно.

Я удивлённо смотрю на него, наши глаза встречаются.

– Поступай так, как тебе хочется. Это твоя жизнь, а не экзамен, который нужно сдать. Здесь нет эталонов, нет правил. Никто не имеет права тебя судить или осуждать. В рамках Уголовного кодекса, конечно.

– Ты так живёшь, да?

– Мы сейчас говорим не обо мне. Моя жизнь – это завал по всем предметам, если продолжать сравнение с сессией. Сейчас важно, как живёшь ты.

– Почему тебе это важно? Почему ты тратишь на меня время?

– Потому что… – Он быстро кладёт ладони на мою грудь и слегка сжимает, а потом широко улыбается: – Ты разрешаешь потрогать сиськи, – широко улыбается.

Глава 10. Олег

Она смотрит на меня, хитро улыбается и спрашивает:

– Олег, если я попрошусь сегодня поехать к тебе, ты подумаешь, что я хочу с тобой переспать?

– Разумеется, – отвечаю, возвращая руки к её голове, массируя виски.

Она блаженно закрывает глаза и откидывает голову. Рот слегка приоткрыт, блузка расстёгнута, сквозь кружевной белый лифчик легко удаётся разглядеть ореолы сосков. Мой рот снова переполнен слюной, а член стоит колом.

– А если я скажу, что хочу поехать к тебе, но не хочу с тобой спать?

– Я тебе не поверю, – говорю, проглатывая ком в горле.

– А если я поеду к тебе, будут спать рядом с тобой, но стану пресекать любые твои попытки заняться со мной сексом?

– Хочешь узнать, изнасилую ли я тебя тогда?

– Да. Ответь.

– Нет, не изнасилую. Я не думаю, что получил бы от этого удовольствие.

– Тогда можно я поеду к тебе?

По пути я сообщаю, что из еды есть только зелёный чай и орехи, поэтому мы заезжаем в супермаркет. Её небольшая машина без труда находит место на парковке возле дома, где я снимаю квартиру.

В прихожей Аля разувается, проходит в единственную комнату, которая является и спальней, и гостиной, хотя я редко принимаю гостей. Точнее, это случалось дважды – когда приезжала сестра. Изучает обстановку: диван с неубранным постельным бельём, письменный стол, на котором лежат мои блокноты, ноутбук, книги и аптечка, далее шкаф и тумбочка для телевизора, правда, без телевизора. Она кивает, идёт на кухню. Пару секунд рассматривает содержимое холодильника, после чего произносит:

– А говорил, только орехи и чай! Тут ещё молоко и яйца есть!

Я пожимаю плечами, дескать, извини за наглую ложь, ставлю пакеты с едой на стол.

Пока Аля готовит ужин, смотрю на стройную фигурку, представляя свои руки на её попке. Кажется, за полгода я научился понимать эту девушку, поэтому её желание поехать ко мне не особо удивило. Удивило, конечно, но не шокировало, как могло показаться изначально. По какой-то причине она меня слушает. Слушает, что я ей говорю. И верит.