Ты был моим единственным сыном, моим дорогим ребенком, и в тот момент мне было плевать, сделал ты с этой девкой что-то или нет, я должен был вытащить тебя любой ценой. Времени размусоливать и рефлексировать не осталось, счет шел на минуты. Действовали быстро и грязно. Я кого смог найти за сутки, с теми и работал. Сам понимаешь, как это сложно было тогда, да и сейчас. Хакеры не смогли ничего вытащить, просто уничтожили улики.

— Так какого хрена ты лишь молчал, когда я спрашивал? Какого. Блядь. Хрена? Я сам себе все придумал. Я так часто прокручивал в голове наши с ней последние дни, что начал выдумывать, как бью ее. Мне это снилось, я просыпался в ужасе.

— Чтобы ты понимал! — срывается отец и орет. — Понимал, что натворил! Чтобы ты не забыл эту девчонку, словно ее не было! Чтобы сделал выводы на будущее! Это твой урок.

Вновь качаю головой.

— Ты мне жизнь сломал своим уроком. Я… рядом с женщиной спать не мог. Чуть было не отказался от настоящей любви для ее безопасности. Я перепробовал ебаный гипноз, терапию и магию. Я к психиатру ходил. А ты… преподал урок?

— А что с ней, по-твоему, случилось?! Она была здорова и счастлива до встречи с тобой! Я тоже тебя любил, пока ты не начал все эти штуки в компьютере делать! На кого ты сейчас работаешь? «Черные звезды» тебя покрывают?

— Больше не нужно бояться Звезд, они не имеют значения.

— Вот как.

— Гризли их сожрали. — Кладу диктофон на лавку и говорю: — Я тебе кое-что принес. Послушай. Если смелости хватит.

Разворачиваюсь и ухожу. Но перед этим бросаю:

— Я прощаю тебя. Но мне жаль, что ты так и не смог мне поверить.

Мягко закрываю дверь. Точно так же беспрепятственно покидаю здание и сажусь в машину.

***Утренний свет пробивается сквозь шторы и падает на плечи Кристины. Птенец во сне хмурится, будто решает важные задачки, а я так и стою оторопело, пытаясь расстегнуть рубашку, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть. Любуюсь ее красотой.

Моя. Я просто подойду и поглажу. Сейчас. Потому что моя.

Думал, что не сядет в машину, что никакие цветы в мире — а в этом загородном доме, где мы провели ночь, их до хера, — не заставят ее выбрать такого, как я. По сути, бандита, хоть и с приставкой «кибер». Спасшего «СоларЭнерджи», но попавшего в пожизненный розыск.

Кристина вдруг вздрагивает, начинает оглядываться.

— Эй, ты чего? — Поспешно стягиваю рубашку с плеч и сажусь рядом, обнимаю. — Сон приснился?

— Демьян! Я тебя потеряла.

— Отъезжал по делам.

— Никогда больше так не делай!

— Не отъезжать по делам?

— Заткнись.

Что я и делаю, целую ее и прижимаю к себе. Птенец сладко дрожит — снова, как будто это наш первый раз. Всегда дрожит от удовольствия, и эта ее особенность, как обычно, рвет душу в клочья. Сейчас как-то особенно сильно. У меня больше нет под ногами фундамента.