Самое удивительное, что нагота девушки воспринималась как нечто органичное и правильное. Никто не пялился ей на грудь или лобок, для всех, в том числе для меня это было естественно и красиво. А она взяла меня под ручку и повела к центру поляны.

— Вчера ночью Великая Мать ушла, — тихонько рассказывала мне девушка. — Она проросла веткой, и стала очередным хранителем народа дриад. Из её тела вырастет великолепный защитник нашего леса, а также партнёр для многих тысяч моих сестёр.

На слове «партнёр» я запнулся, но после вспомнил о способах размножения дриад. Да, генофонд великой матери должен быть одним из лучших. Но всё равно, как-то всё это странно. Впрочем, со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Думаю, это только для меня всё это странно и неудобоваримо в контексте полов.

— А меня провозгласили её преемницей, — продолжала девушка. — Спасибо, что смог прибыть на торжество. Это важно для меня, и очень приятно. Ещё я хотела сказать…

Девушка запнулась, с непонятной мне робостью смотря на меня, но быстро совладала с собой и продолжила:"

"— Если что, Андрей, с моей стороны ничего не изменилось. Я всё так же готова и хочу стать твоей супругой, хоть и младшей. Надеюсь, мой статус ничего не поменяет в твоём отношении ко мне.

Взгляд девушки был робким и даже жалостливым, и я почувствовал непередаваемую нежность к ней. Мягко притянув её к себе, я зарылся носом в её волосы и тихонько сказал:

— Милая, ты у себя под сердцем носишь моего первенца. Да и это не главное. Ты сама нужна мне, и плевать мне на регалии. Если кто из нас и должен переживать, так это я. Ты стала главой целого народа, расы. А я так и остался князем из другого мира. Хотя да, изначально-то мир у нас общий. Но, главное, я тебя люблю, и ты это знаешь.

— Знаю, да, — прижалась голым телом ко мне красавица. — И не сомневаюсь. Прости, мне здесь быть до завтра в любом случае. А ещё… ночью должно быть окончание церемонии, я хотела бы, чтобы ты присутствовал. Мне это важно.

— Конечно, буду, — вдыхая запах её тела, ответил я.

Самое удивительное, что у меня не было никаких порнографических мыслей в её адрес. Хотя, в другом месте и в другое время я уже грязно домогался бы, как говорится. Сейчас же всё было естественно. И правильно.

И в этот момент меня скрутило. Было ощущение, что на меня упало небо и придавило своим грузом к земле. Уже уплывая в небытие, я услышал взволнованные возгласы старика, Аивы, Анжелики, Лори и даже незнакомых мне дриад. А потом всё поглотила тьма.

Выплывал из неё я медленно. Сквозь вату доносились чьи-то голоса, но я не понимал, о чём они говорят. Перед глазами мелькали вспышки. Голоса то приближались, то удалялись. Но, в какой-то момент я резко осознал себя.

Оказалось, что я лежал в уже знакомой мне хижине на узкой койке.