Спустя пару минут Аглая доложила, что установка безнадёжно скособочена и не может двигаться.

И тут мы преодолели скалы и выскочили на равнину, поросшую кустами и одиноко стоящими деревцами. Словно из гигантских ворот выехали.

— Река! — крикнула Марта, глядя в бинокль. — Это точно она!

— С чего ты взяла? — спросил я.

— Я вижу мост! И аль-гулей! Они как раз заезжают по нему! Может, выпустить дронов, чтобы разрушили перед ними…"

"— В такую погоду? — перебил я. — Мы просто потеряем их.

Мы гнали минут десять, а затем Марта снова подала голос:

— Эти твари остановились… Что-то делают… О, чёрт!

— В чём дело? — спросила Аглая.

— Они установили мины! Отъезжают…

В темноте полыхнуло, а через несколько секунд до нас докатился грохот взрыва.

— Мост обрушен! — воскликнула Марта.

— Я удивлена, что он вообще до сих пор сохранился… — пробормотала Аглая. — Что будем делать, Ваше Сиятельство?

— Доберёмся до берега, а там посмотрим, что за река. Может, есть брод. Или другой мост.

Девушки не ответили. И я понимал, почему: оба варианта были маловероятны. Мысленно проклиная аль-гулей, я продолжал гнать броневик, пока мы не оказались возле моста.

И тут, к всеобщему облегчению, оказалось, что русло реки давно пересохло и представляло собой растрескавшуюся равнину! Падшие не смогли сдержать ликования.

Свернув налево, я повёл машину вниз по раскисшему склону. Колёса скользили, и пару раз мы проехали по грязи, словно на салазках, но затем добрались до дна, прокатились метров десять и оказались на твёрдой поверхности. Остальные машины последовали за нами. И вот мы уже гнали по месту, которое когда-то занимала река. Впереди мелькнула полуразвалившаяся баржа.

Свет фар вспугнул каких-то мелких хищников, бросившихся врассыпную и быстро пропавших из виду. Обогнув судно, мы достигли середины реки и помчались дальше, иногда скользя и сбрасывая скорость: дождь размыл засохший ил, и порой попадались целые полосы жидкой грязи. И тут мне в голову пришла идея. Свернув вправо, я через некоторое время въехал под мост. Ту часть, которая не была обрушена, и по которой катили аль-гули. Здесь было посуше, и мы смогли увеличить скорость.

Ливень припустил с новой силой, и по обе стороны словно появились ревущие стены.

Молнии били реже, но очень близко. Всё вокруг шипело, гремело и ревело. Казалось, невидимые великаны хватают вселенную за края и с треском разрывают, как гигантские простыни.

А затем с противоположного берега стал наползать туман!

Когда мы добрались до склона, видимость стала совсем плохой. Даже фары не особо помогали.

«Бастион» с трудом вскарабкался по скользкому склону и покатил по твёрдой поверхности, изрытой ухабами и впадинами. По дну броневика скрежетали кусты, которые мы с треском сминали.