Он связан с Тёмной башней древним проклятьем, никто и ничто не в силах его убить. Ни магия, ни оружие. Обречённый на вечное существование. Даже если погибнет всё живое, весь мир, он останется. Последний из сумеречных драконов, без права на продолжение рода…

Видимо, только поэтому он до сих пор не стёр людей в пыль. Наверное, хочет заслужить у Богов прощение и быть освобождённым.

Я и представить не могла, каково это жить вот так. И жизнь ли это, вообще? В вечном одиночестве…

Правда в том, что мало кто из людей в действительности знал, как выглядит сумеречный дракон, их же не осталось. Может, если только наш император, хотя вряд ли. Наш правитель не имел власти ни над башней, ни над её хозяином.

Башня служила местом силы, скоплением тёмной энергии, она поглощала её, уничтожала проклятых аякаси.

Если задуматься над этим, разве повелитель не приносит одну лишь пользу людям? Так почему его все так боятся? Разве есть смысл бояться того, кто защищает от тёмных сущностей?

Меня обдало потоком прохладного воздуха. Зашевелились волоски на руках и затылке…

Испуганно дёрнулась, заозиралась, не понимая, откуда в закрытом помещении без окон мог взяться сквозняк. Но ничего не обнаружила. Стало не по себе. Появилось ощущение, будто за мной подсматривают. Подслушивают мои мысли…

Закончив с делами в пекарне, я дождалась прихода лавочника, его помощницы и отправилась в прачечную. Работала до вечера, а вечером, уже едва переставляя ноги, отправилась в таверну, протирать столы.

Вот она – моя реальность. Моя жизнь. Но это не означает, что я должна упасть в ноги к первому, кто предложит покровительство. У меня и так ничего не осталось, так пусть хотя бы останутся крохи моей жалкой гордости…

***

Кеннар не испытывал ни жалости, ни сострадания, не заботился о чувствах других. Может, дело в прожитой вечности, однообразии и унынии, а может, дело в проклятье, не позволяющем касаться людей. Любое прикосновение несло мучительную боль, обрывки чужих воспоминаний, мыслей. Нечестивых. Алчных. Эгоистичных. Такова человеческая природа…

Так было до встречи с ней. Эллой. Девчонкой, поцелуй с которой не принёс ни боли, ни воспоминаний. Но, как ни странно, её разум не был закрыт. Используя силу, данную при рождении, силу великого сумеречного дракона, позволяющую проникать не только в умы людские, их чёрные сердца, но и за грань, за грань всего живого… Кеннар сам не знал, чего желал больше.

Найти повод, чтобы забыть о девчонке и вернуться в свой убогий мрачный «мирок» или же… найти предлог, чтобы ухватиться за неё.

В её словах и мыслях он с иронией и насмешкой, с тихой глухой неприязнью к роду человеческому отчаянно желал услышать, что слышал обычно. Зависть. Корысть. Превосходство.