Делаю один шаг к черному ящику и продолжаю говорить:

– Она научила меня настоящей жертвенности, основанной на любви, а не на отвращении к генетике другого человека. Жертва – необходимость, когда все другие варианты уже исчерпаны. Жертвуют ради людей, которые нуждаются в вашей силе, потому что они слабы. Запомните это, Дэвид. А я, в свою очередь, должна избавить мир от вас раз и навсегда.

Я прыгаю к устройству. Раздается выстрел, и мое тело пронзает боль. Я не понимаю, куда попала пуля. В голове звучит голос Калеба, повторяющий код доступа. Трясущимися пальцами набираю его на клавиатуре. Пистолет снова дергается в руках Дэвида. У меня перед глазами снуют темные пятна, но я не останавливаюсь. Что за мука. Я падаю, но успеваю нажать зеленую кнопку. Помещение пронзает громкий сигнал, повторяющийся раз за разом. Чувствую, как кровь стекает по моей щеке. У нее очень странный темный цвет. Краем глаза я вижу Дэвида. И мою мать, выходящую из-за его спины.

Она одета в ту же серую одежду альтруистов, которая была на ней, когда я видела ее в последний раз. На ее голых руках – татуировки. В рубашке – пулевые отверстия. Ее светлые волосы собраны в узел, но несколько выбившихся прядей золотом обрамляют ее лицо. Наверное, мое сознание затуманено сывороткой смерти. Она опускается на колени рядом со мной и гладит меня по голове.

– Привет, Беатрис, – улыбается она.

– Я все сделала правильно? – спрашиваю я.

– Да, – отвечает она, и в ее глазах блестят слезы. – Да, мое дорогое дитя, моя Беатрис.

– А как же остальные? – захожусь я в рыданиях. – Тобиас, Калеб, мои друзья?

– Они позаботятся друг о друге.

Я проваливаюсь в темноту.

Потом слышу, как меня окликает мама. Она зовет меня к себе. Я открываю глаза, поднимаюсь и бегу в ее объятия. Простит ли она меня? Надеюсь. Хочу верить в это.

51. Тобиас

Мы с Эвелин стоим у окна, плечом к плечу, наблюдая за снежной круговертью. Белые хлопья кружатся и оседают на карнизе. В мои руки уже вернулась чувствительность.

Похоже, что наш мир еще не разрушился.

– Я использую радио и войду в контакт с Маркусом, чтобы начать переговоры о мирном соглашении, – говорит Эвелин.

– Я должен сдержать обещание, которое дал, – прикасаюсь к плечу Эвелин.

Она мягко улыбается, а я ощущаю угрызения совести. Я не собирался торговать ее любовью ко мне. Я хотел предоставить ей возможность выбора. Трис права: когда вам приходится выбирать между двумя плохими вариантами развития событий, вы выбираете тот, который сохранит ваших любимых.

Питер скорчился в коридоре, прислонившись спиной к стене. Он смотрит на меня, его темные волосы прилипли ко лбу.

– Ты что, не «перезагрузил» ее? – интересуется он.

– Нет.

– Ясно, тебе не хватило смелости.

– Чушь. Ладно, неважно, – качаю я головой и сжимаю флакон.