– Надо же! Даже смешно, ха-ха…

Но лицо мистера Галлахера было очень серьезно.

– Самый обыкновенный. Можно назвать шпиона разведчиком – дела это не меняет.

Мистер Майер разозлился.

– Я не шпион, я – писатель! И горжусь этим! Я пишу книги! Я творю! Я живу на Марсе! Там нет автомобилей, нет закусочных «Старбакс», нет футбольных болельщиков, наркодилеров, сутенеров… И шпионов там тоже нет!

– Ого. Кто-нибудь на Марсе может подтвердить вашу личность? – спросил Алекс совершенно серьезно. – Сказать: да, это писатель Зигфрид Майер, вот его медицинская страховка, вот его купчая на недвижимость, вот булочная, где он отоваривается каждое утро?

– На Марсе нет булочных! – отрезал Зигфрид.

– Я догадываюсь, мистер Майер. А в Германии, на вашей родине, – есть?"

"– Есть! Все подтвердят! Можете проверять сколько угодно! Пытать утюгом моего издателя, дантиста, финансового агента, соседку фрау Хеншель, ее дебильноватого племянника и ее кошек! Десятки свидетелей! Нет, сотни! Мои книги свидетели! Все мои читатели свидетели, а их тысячи! Зигфрида Майера знает вся Германия!

Я говорил очень уверенно, как говорят чистую правду. Но сейчас правда была, как бы это лучше сказать… несколько замутненной. Образ немецкого писателя напоминал голограмму: осматривай со всех сторон, но не трогай, иначе рука провалится в пустоту. Зигфрид Майер действительно существовал, поэтому свидетельство о рождении, которое много лет назад попало в руки нашей Службы, было настоящим и выданный на его основании паспорт – тоже. Настоящими были и некоторые моменты биографии Майера, так называемые базовые точки. Ее делали наши специалисты – создатели чужих биографий, когда-то я тоже занимался этой работой. Некий молодой человек получает паспорт Зигфрида Майера, год учится в колледже в Мюнхене, потом пропадает из жизни, а через пять – семь лет другой молодой человек живет под его именем в Бамберге и работает официантом в закусочной, а затем снова исчезает… Так Майер «засвечивается» в нескольких пространственно-временных точках, и любая последующая проверка стопроцентно подтвердит его пребывание здесь… Но где он находился в промежутке между ними – никто и никогда установить не сможет. И где находится настоящий Зигфрид Майер – тоже никто не знает. Фрау Хеншель видела меня ровно два раза, я подарил ей свою книгу, и она под присягой подтвердит, что ее сосед-писатель очень милый человек, но все время разъезжает по миру. И лучше бы никто не проверял – где он разъезжает… А книги вообще самое слабое место. Это блеф – мыльный пузырь. Вместо указанных многотысячных тиражей они отпечатаны в паре сотен экземпляров. Многочисленные отзывы в прессе, письма читателей, статьи критиков и прочий информационный фон создан нашей Службой.