Кроме меня, который всегда просчитывает ходы до конца партии… Правда, не исключено, что следующим заданием станет приказ мне лично уничтожить зловредный аппарат… А что, с Ивана станется…

В спальне с тихим щелчком включился ночник.

– Зигги, что-то случилось?

Я возвращаюсь к кровати. Грива ярко-рыжих волос, чувственные губы, капризный спросонья взгляд зеленых глаз. В свете ночника они кажутся бездонными. Джейн, кажется…

– Ничего страшного, – сказал я. – Эсэмэска из Германии. Племянник напоминает, чтобы я привез ему игрушку.

– Игрушку? Племянник? В четыре утра?!

– Что с ребенка возьмешь. У них уже восемь часов. Он плохо умеет считать и понятия не имеет о часовых поясах.

Я вздыхаю.

– К тому же он плохо воспитан."

"«Кажется, Джейн» с улыбкой всматривается в мое лицо. Губы вздрагивают, а в бездонных глазах я уже различаю вращающиеся красные спирали, этакие «халли-галли», вестники предстоящего бурного оргазма.

– Бедный Зигги. Похоже, племянничек тебя совсем достал…

– Не без того, дорогая.

– А ты не грусти, – шепчет она. – Забудь. Иди ко мне, добрый дядюшка Зигги!

Губы складываются бантиком, одеяло откинуто в сторону. Великолепное тело, молодое и гибкое, раскрывается передо мной, как раковина с драгоценной жемчужиной. Я прячусь в этой раковине, ищу жемчужину и утешения, нахожу и то и другое…

А потом мирно засыпаю.

* * *Деньги для агента и другие материальные предметы передавать по Интернету еще не научились. Поэтому в одиннадцать у меня «моменталка»[30]. В компактном пластиковом пакетике десять тысяч долларов и памятный знак. Деньги Птичка заберет себе, а значок передаст в резидентуру. Ответ на последнее задание я передал обычным путем, по законспирированной электронной связи. Там короткий совет: «Ликвидировать американский космический аппарат, не вызвав скандала на самом высоком правительственном уровне, возможно лишь в одном случае: заодно уничтожив и США». Шутка. Там рецепт Тома Бэнкса: использовать старый спутник, сохранивший способность к маневру, выбрав момент, когда «Глаз» будет находиться над противоположным полушарием, – тогда контроль и управление им затруднено…

У меня чемоданное настроение и куча дел.

Обладательницу рыжей гривы и бездонных глаз пришлось спровадить ранним утром. Ее действительно звали Джейн, и она ушла, уверенная, что сегодня мы ужинаем в «Бэкед энд Вайред», а потом идем в «Конститьюшн-Холл», где Найджел Кеннеди дает двухчасовый концерт. Ничего страшного. Она немного позлится, потом попытается разыскать адрес Зигфрида Майера в Берлине (может, даже слетает туда на выходных), потом успокоится, а потом… Потом я стану ее самым дорогим воспоминанием. Возможно, она даже выучит немецкий язык, чтобы прочесть «Марсианскую схватку».