С таким же успехом можно искать в океане оброненную запонку… Хотя движение запонки, идущей ко дну, описывается куда более простыми параметрами, чем движение спутника. Да и никакой океан не сравнится по размеру с космосом, пусть даже ограниченным гравитационным полем Земли."

"Он вышел из пультовой, сел на скамейку под навесом, закурил.

Опять утро. Начинало светать. В Ходжарках, Каришах и других горных кишлаках, расположенных ниже по склону Санглокских гор, еще темно, в домах жгут свет. Здесь же, на самой верхотуре, солнце уже поливает комплекс косыми лучами, как снайпер, притаившийся за черной восточной грядой.

«Интересно, есть ли в Каришах электричество? – лениво подумал Синицын. – Или там до сих пор жгут допотопные керосиновые лампы?»

Сто процентов за лампы. Хотя и двадцать первый век, и все такое… Высокоточные астрономические установки, напичканные новейшей электроникой, одной ногой в космосе, можно сказать… А тут – керосиновые лампы. Экономика. Никто не станет тащить в горы линии электропередачи! Или не экономика, а дикость?

– Ну что, Синицын? Чем порадуешь?

Темная фигура на фоне восходящего солнца.

Синицын вздрогнул и в первое мгновение едва не выронил окурок. Но это оказался всего лишь Гнетов.

– Автоматика новых объектов не обнаружила!

Капитан встал с места.

– Поиск в ручном режиме результатов не дал. Необходимы более точные координаты!

Как ни странно, Гнетов не стал орать и размахивать руками. Он молчал, что-то соображая. Наверное, протрезвел и понимал, что криком спутник не запеленгуешь. Надо докладывать обстановку в Москву, запрашивать дополнительные параметры. Но где они их возьмут?!

– А чего тогда ты здесь сидишь, прохлаждаешься? – недовольно спросил он.

 – Почему не за пультом?

– Остохренело потому что! – неожиданно для себя сказал Синицын чистую правду.

– Что?!

– Рапорт подаю. На перевод или на увольнение – мне все равно!

Он не собирался этого говорить, а сейчас сказал и почувствовал облегчение.

– Вот так, значит? Крысы бегут с корабля?

– Крысы как раз остаются.

– Ну-ну…

Гнетов шумно прочистил горло и сплюнул под ноги.

– Ну смотри, Синицын. Вольному воля, как говорится…

– Спасенному рай, – закончил Синицын.

Полковник с сомнением посмотрел на него, будто недослышал.

Буркнул что-то под нос и ушел.

Над восточными скалами поднималось рыжее, как апельсин, утреннее солнце.

* * *Вашингтон, 12 октября 2011 г.

Бедный Зигфрид, бедный Зигфрид…

Я долго не мог сообразить, где я и откуда взялся этот назойливый пискливый звук.

Это был сигнал почтового ящика, оповещающий о новом сообщении. Ноутбук стоял на полу у моего изголовья. Не вставая с дивана, я кое-как дотянулся до клавиатуры, включил экран. Письмо из Вены, от благодарного читателя.