Не только пялятся, но еще и беззастенчиво обсуждают.

— Пойдем, — ладонь Леона ложится на поясницу, слегка подталкивая меня вперед.

Это прикосновение действует успокаивающе, и ноги снова твердеют. Бок о бок мы идем к главным дверям университета в сопровождении любопытствующих взглядов и гула шепотков. Кто-то даже достаёт телефон, чтобы нас сфотографировать.

— Может сказать им, что снимки платные? — возмущенно щиплю я. — это же вопиющее нарушение личных границ.

— Тебе это только на руку, — невозмутимо произносит Леон. — пусть развлекаются. Может им просто хочется скопировать твой образ.

— Даже так? — я невольно поворачиваю голову, чтобы на него посмотреть. — То есть ты признаешь, что мы с твоей сестрой не зря старались, и я выгляжу хорошо?

Уголок его рта дёргается вверх.

— Я вроде так и сказал.

— Ты сказал «соответствует поставленной задаче», а это не одно и то же, — с шутливым укором замечаю я.

Появление меня и Леона на публике вызывает гораздо больший резонанс, чем моя недавняя стычка с Морозовым. Особенно поражённой выглядит сучка Шер, которую мы встречаем возле аудитории «Барсук» в окружении ее свиты. Оборвавшись на полуслове, она переводит ошарашенный взгляд с меня на Леона и быстро моргает.

— Доброе утро, Милена, — елейно воркую я, не желая прослыть невежей. — Как твой вчерашний шопинг?

Её красивое лицо перекашивает гримаса негодования:

— Не надейся, что новые шмотки и жалость Леона что-то изменят. Не смей здороваться со мной."

"— Осторожнее со словами, Милена, — голос Леона звучит негромко, но он каким-то чудесным образом перекрывает стоящий вокруг шум. — Думаю, тебе не нужно напоминать о правилах. Оскорбишь ее, а разбираться будешь со мной.

Заметно побледнев даже через слои косметики, Шер беззвучно шевелит губами и отворачивается. Я чувствую себя триумфатором. Черт возьми, а ощущение власти действительно окрыляет.

— Это было эффектно, — шепчу я Леону.

— Это было необходимо, — парирует он.

С каждым пройденным шагом я чувствую себя все смелее и увереннее. Папа говорил, что собакам нужно смело смотреть в глаза, чтобы они не набросились. Это я и делаю: стойко встречаю каждый устремленный взгляд, давая понять, что ничего не боюсь.

Возле аудитории «Кенгуру» наше победоносное шествие приходится прервать. Через пять минут у меня начнется лекция, у Леона — своя, значит приходит пора расходиться.

Запустив руки в карманы брюк, он со значением смотрит мне в глаза.

— Дальше сама.

— А меня точно не выгонят? — в сотый раз переспрашиваю я. — Вдруг декан…

— Не выгонят, — твердо произносит он. — Иди. В большой перерыв встречаемся в кафе.

— А… зачем? — я удивленно вскидываю брови.

Леон смотрит на меня с долей снисхождения..

— Потому что теперь так будет всегда.