— Тебя здесь не должно быть, — я тянусь через стол, чтобы найти её руку. — Ты сама это понимаешь?

Опустив глаза, Лия пусть и с заминкой, но кивает.

— Я понятия не имела, что всё будет настолько плохо. Здесь и без тебя …

— Поедешь со мной домой?

— Я хочу. Но есть очень много «но», — в её голосе прорываются беспомощность и отчаяние. — Мама, выходит, останется одна… Назад она точно не поедет… Слышал бы ты, с каким удовольствием она разговаривает о здешних рынках и о ценах… Как будто мы приехали в лучшее место на земле. И ей так нравится идея покупки квартиры… Она даже риелтору уже заплатила. Подружилась с соседкой. Кажется, ей здесь по-настоящему нравится. А я не могу… Я пыталась… Но как представлю, что хотя бы пару лет проведу здесь, да ещё и с разбитым сердцем… Тошнит… Меня реально тошнит…

Я слушаю её молча, давая выговориться. Смотрю на её подрагивающие пальцы, в которых она крутит пластиковый стакан со свисающим чайным пакетиком, на высохшие дорожки слёз на щеках — и понимаю, что сделаю абсолютно всё, чтобы больше никогда не видеть её в таком состоянии.

— … И опять же остаётся вопрос с жильём и учёбой… — взгляд Лии лихорадочно бегает по столу. — Где мне жить и как совмещать с работой, которая мне точно понадобится?

— Я приехал сюда за тобой. Думаешь, у меня нет плана?

— Плана обеспечить мне безоблачную жизнь?

— Безоблачную пока не обещаю, но комфортную — вполне. Слушай, — поймав её мечущуюся ладонь, я пригвождаю её к столу. — Тебе ведь плохо здесь и без меня? Это твои слова, не мои. Мне тоже было очень без тебя плохо. Настолько, что я даже на секунду не рассматривал вариант пустить ситуацию на самотёк. Понимаешь?

— Понимаю, — тихо отвечает она.

— Я предлагаю здесь и сейчас договориться, что обсуждение дальнейших планов подразумевает, что мы с тобой так или иначе остаёмся вместе.

Лия хмурится и кусает губу, но её улыбка всё равно очевидна.

— Договорились.

— Остальное уже второстепенно. Итого мой план предельно прост: я поговорю с Ингой сам. Затем мы вернёмся домой. Поживём в квартире родителей, пока будем подбирать ту, что понравится нам самим. Учёбу…

— Подожди, — перебивает Лия. — Маму тебе не удастся убедить.

— Ты же говорила, что она тебя любит, — напоминаю я.

— Так и есть. Но любит по-своему, как может.

— Если любит, значит, я смогу её убедить.

79

Ключ в потёртой входной двери проворачивается, и в лицо ударяет влажный запах свежевыстиранного белья и еды.

Инга выходит из кухни с переброшенным через плечо полотенцем, замечает меня и стремительно бледнеет.

— Мам… — неуверенно начинает Лия. — Мы с Леоном…

— Здравствуйте, — первым здороваюсь я, решив, что стоит взять инициативу в свои руки.

— Здравствуйте, Леон Виленович… — Инга звучит так, словно ей трудно шевелить губами.