Всё это лишь пресная, наработанная годами рутина, фон для её отсутствия.

Согласен, тенденция нездоровая, но пока по-другому не получается. В голове упрямо засела мысль, что Лия не уехала бы, если бы в действительности верила в мои чувства. Кажется, подбери я нужные слова, как она в день рождения Тимура, или будь я настойчивее, она бы осталась. Задержись я в её комнате или сумей достучаться в тот день до Инги — всё могло бы быть иначе.

Сидя за рулём, я гипнотизирую месиво из дождя и снега, стекающее по стеклу, и в тысячный раз набираю её номер. Не Лии, конечно, — он уже неделю отключён, а её матери. Пока идут гудки, у меня остаётся надежда.

Бип-бип-бип-бип, — бесполезно бубнит динамик.

Я отрываю смартфон от виска с намерением вернуть его на консоль и вдруг слышу спасительное «алло». Нервные окончания вспыхивают неверием и эйфорией, как если бы я продолжительное время умирал от жажды и внезапно наткнулся на родник.

— Алло, Инга! Слышите меня?! — слова набегают одни на другие, упорядочить их сейчас не под силу. — Пожалуйста, не вешайте трубку… Мне нужно поговорить с Лией. Это очень важно для нас обоих.

— Здравствуйте, Леон Виленович, — её голос звучит почти устало. — Я ответила только для того, чтобы попросить вас больше сюда не звонить. Лия достаточно пострадала… Отчасти по вине вашей невесты. Она пытается обжиться на новом месте. Это непросто, но она очень старается. Не нужно ей мешать.

— Я прошу вас…

— Не обижайтесь, но я больше не буду отвечать на ваши звонки, — перебивает она. — Я очень благодарна за всё, что ваша семья для нас сделала, но дальше мы будем справляться сами. Если вы хоть немного цените и уважаете Лию, то примите это и оставьте её в покое.

— Я не могу оставить в покое, потому что люблю…

Эти слова слышны только мне, потому что в динамике уже равнодушно пружинят гудки.

Отшвырнув телефон, я исступлённо зажимаю глаза ладонью. Да твою же мать!

Происходящее похоже на дебильный фильм, где злая мачеха всячески препятствует счастью падчерицы, но с одной лишь поправкой на то, что Лия для Инги — родная дочь. Знаю, в чужую семью не стоит ни лезть, ни осуждать, но разве сейчас такое возможно?

Я, блядь, не просто осуждаю Ингу — я хочу от души её встряхнуть. Догадывается ли она, на какие жертвы ради неё идёт Лия? Понимает ли она, что лишает дочь выбора и надежды на лучшее будущее? Сдаётся мне, что нет, иначе бы она дала мне шанс объясниться."

"Телефон, застрявший в дыре подстаканника, натужно вибрирует. Я, не глядя, мажу пальцем по экрану и слышу ироничный голос Макса:

— И чем занимается в эту пятницу сын будущего мэра? Выпить не хочешь?

Я трогаю реле стеклоочистителя, стирая мутную завесу с лобового.