Когда Лев Абрамович назвал район, Голлербах сразу оживился, вскочил и, горячась, сказал, что такого никак не могло произойти. В этой больнице начмедом работает его друг, превосходный врач, собравший замечательную команду, просто дрим-тим, которая ни за что не обидела бы ребенка.

– Нет, в нашем районе вы уже не встретите этих дедушкиных обычаев и бабушкиных обрядов, – усмехнулся Дворкин, – я понимаю, цеховая солидарность, корпоративная этика и всякое такое, но факт остается фактом.

– Факт пока один – негативное мнение родителя, – отрезал Макс, – но если хотите знать правду, а не бросаться обвинениями, так пожалуйста! Я даже специально хочу все выяснить, чтобы вы поняли, каким образом у населения формируется негативное мнение о медиках.

Он взял телефон и набрал номер своего товарища.

Услышав фамилию дяди Миши, бедный начмед издал вопль раненого слона, и понадобилось несколько секунд, прежде чем он успокоился и приступил к рассказу.

Ребенок пожаловался на боли в животе утром и через два часа был доставлен бдительным отцом в приемное отделение.

Мама осталась дома с остальными детьми. У дежурного врача не создалось впечатления об острой хирургической патологии, но аппендицит – штука коварная, «обезьяна всех болезней», и хирург предложил госпитализировать девочку и понаблюдать за ней в течение двух часов, повторить анализы, после чего окончательно станет ясно, нуждается она в операции или нет. Папа согласился, даже сделал флюорографию, чтобы пройти с ребенком в отделение, подписал все необходимые бумаги и в целом произвел на медперсонал впечатление совершенно адекватного человека, каковые все реже и реже встречаются в практике врача, поэтому к ним всегда относятся доброжелательно.

Доктор объяснил, что при такой небольшой длительности заболевания двухчасовая задержка не станет пагубной, зато ребенок не подвергнется напрасной операции, если аппендицита нет, и отец согласился с этой тактикой.

Начмед характеризовал врача положительно, как одного из самых опытных специалистов, который, кстати, скорее склонен к гипердиагностике и выявил много аппендицитов, пропущенных другими хирургами.

На всякий случай ребенка подготовили к операции, запретили есть и пить, взяли анализы, девочку осмотрел педиатр, и осталось только дождаться контрольных показателей лейкоцитов, чтобы принять решение о необходимости хирургического вмешательства.

События развивались спокойно и благопристойно вплоть до момента, когда в отделение ворвалась молодая женщина.

– Мы были уверены, что это мамка! – темпераментно рассказывал начмед по громкой связи.