Сергей видел, как дети горели заживо, слышал их крики и понимал, что в глазах церкви эти жизни ничего не значат.

Он помнил девочку лет семи, у которой отсутствовала рука, и на месте плеча медленно гнила рана. Не было медикаментов, некому было лечить, и она умирала стоя, потому что даже лечь не могла от боли. Церковники отбирали в таких местах самых живых и крепких, покупая их за копейки, которые радовали владельцев. В глазах этих владельцев Сергей видел тех же самых пьянчуг и наркоманов, которых встречал в банде. Он уже научился различать людей — кто живёт честно, а кто гниёт изнутри.

Торговля детьми в таких приютах была нормой. Церковники заезжали и в приличные дома, содержавшиеся аристократами. Там жили внебрачные дети, рождённые от измен. Матери почти всегда погибали после родов — слишком опасно было допустить, чтобы кто-то узнал о «ублюдке» в роду. В таких приютах дети были сыты и одеты, но Сергей понимал: причина — в финансировании, а не в чьей-то доброте."

"Его, как и других «путей силы», часто отправляли вместе с низшими чинами церкви в такие сиротские дома для поиска и отбора детей.

Это было частью его обучения — понимать, как устроена система, кто в ней выживает, а кто обречён. Он видел слишком многое.

Однажды он стал свидетелем, как в одном из домов мальчик лет десяти замерз насмерть прямо на пороге. Он был наказан за то, что сбежал в город без разрешения — вернулся с пустыми руками и был выгнан в метель. Никто даже не попытался его впустить обратно.

В другом месте он видел, как в темноте маленький мальчик, укрывшись куском мешковины, пытался греть новорождённую сестру своим телом. Утром девочка уже не дышала, и мальчик сидел, не отпуская её, пока не пришли церковники и не вырвали её из его рук.

А его забрали, он был сильным.

К десяти годам он уже знал: миром правят две вещи — сила и деньги. И он решил, что будет зарабатывать и отдавать всё в сиротские дома, чтобы таких, как он, стало меньше. Но вместе с этим в нём росла ненависть к аристократии, которую он считал не лучше церковников — теми же монстрами, только в золоте и бархате.

В одиннадцать лет он прорвался на Путь Силы и буквально за полгода достиг второго ранга. Его тело было готово к таким нагрузкам, и переход на новые уровни давался легко.

Ещё через несколько месяцев он достиг третьего ранга — невероятный результат для церковного воспитанника. Это сразу привлекло к нему внимание, и его перевели на другой уровень содержания. Над ним начали проводить опыты, пытаясь понять, что делает его таким уникальным.

Выяснилось, что причина уходила в детство. Когда в его деревне произошли те события, которые изменили его жизнь, рядом оказался монстр, которого придавило и убило.