Вася даже понять ничего толком не успевает, только глазами хлопает, переводя удивленный взгляд с меня на Волкова и обратно.

— Кхмм, доброе утро, спасибо, — благодарит сдержанно, пока Егор молча ставит книги на ее стол.

— Не за что, — бодро отвечает Егор, после чего подходит ко мне, застывшей посреди помещения, — мне на пару пора, потом договорим, — добавляет коротко, и прежде чем я успевают хоть как-то отреагировать на его слова, быстро целует меня в губы, и в несколько шагов преодолев расстояние до двери, скрывается из поля моего зрения, оставляя обескураженную меня в совершенно идиотском положении.

И самое главное — на глазах Васи.

— Это, это что сейчас такое было? — ошарашенно интересуется подруга, выпучив на меня глаза.

— Ни…ничего, — я нервно бросаю на стол сумку и стягиваю с себя пальто.

Господи, ну что за несносный мальчишка. Позер. Самый настоящий позер.

— Ксюш, это он… ты с ним…— она мнется, пытаясь подобрать слова.

— Не спрашивай меня ни о чем.

— Ксюш…

— Все, Вась, потом, у меня пара, — спешно хватаю свою сумку, беру журнал и, оставив подругу в полном недоумении и с уймой вопросов, прохожу мимо, и выхожу в коридор, прикрыв за собой дверь, только теперь осознав, что даже не поинтересовалась у Егора, зачем он приходил.

Когда просыпается ревность

Ксюша

Интересная штука — человеческое сознание. Я столько времени себя накручивала, столько времени оглядывалась, озиралась по сторонам, опасаясь последствий, а сегодня отпустило. И так легко стало, будто гора с плеч рухнула.

Нет, опасения, вполне обоснованные, никуда не делись, но пришло принятие одного весьма важного факта — мы вместе.

Вот так просто, потому что один наглый мальчишка так решил, за нас обоих, и напирал, как танк, не оставляя ни единого шанса на сопротивление, сметая на пути все преграды.

Разве могла я перед ним устоять? Перед мальчишкой несносным, в первый день знакомства мне стихи Есенина читавшим, перед мальчишкой, что перед целым классом мне песни пел?

Нет, не мальчишка он, совсем не мальчишка.

Это я просто не сразу в нем мужчину увидела, потому что не хотела видеть, гнала от себя мысли глупые, давила в себе такое неправильное по моему же мнению влечение, повторяла себе бесконечно, что поступаю правильно, что он перегорит, перебесится.

А он не перегорел. И я не перегорела.

Пары мне, на удивление, удается вести спокойно, я просто делаю свою работу, стараясь не думать о событиях сегодняшнего утра.

Первые три проходят почти незаметно, я погружаюсь в любимое дело, не следя за временем.

Последняя — четвертая — у группы Волкова.