-Рустам! Ты охренел вконец? Почему у тебя отключен телефон? И что ты натворил в Сочи, что за тобой гонцы примчались в Москву? - начинает он орать, едва переступив порог моей квартиры, -Рустам, я не узнаю тебя! Ты... Ты же всегда головой думал, прежде чем что-то делать... А Ольга? Это вообще у меня в голове не укладывается. Оставить ее без работы, потому что она отказалась с тобой спать... Ты хоть слышишь, как это звучит? Наворотил дел и решил в Сочи съездить... Проветрится!

Он сейчас не прав, но оправдываться я не привык.

-Клим, ты сейчас перегибаешь палку. Я тебе сказал, что между мной и Ольгой лезть не надо.

Я сам в состоянии разобраться.

-Разобрался уже! Скоро папой станешь - ехидно замечает Шахов и замечает крадущуюся на выход Нину.

-Эй! Принцесса в неприятностях, куда собралась? Иди сюда. Хоть посмотрю из-за кого в моем офисе стволами размахивали, - переключается Клим на нее.

Она застывает статуей. С домашними тапками в руках.

-Нина! Куда ты собралась? - спрашиваю, стараясь не напугать девушку еще сильнее.

Сбежать девушке не удается. Я успокаиваю ее. А Клим объясняет цель своего приезда.

В итоге оказывается, что Нину ищет не только муж, а еще и крупный бизнесмен Лазарев, который очень хочет с ней побеседовать.

"

"Шахов звонит ему, они договариваются о встрече. Мужчина приезжает и забирает девушку с собой, заявляя, что это теперь его головная боль.

А у меня появляется возможность заняться своими делами.

Глава 20

Глава 20

Ольга

Получив такую новость, я некоторое время просто лежу и смотрю на стену. Одна моя рука накрывает живот, а вторая сжимает фотографию с узи, которую мне оставила Римма Витальевна.

Я... Я даже не счастлива... Я полностью погружена в состояние эйфории, как в ванну с маслами и лепестками роз.

Как я хотела... Как я мечтала, кто бы только знал. Это невозможно объяснить тому, кто не прошел этот путь. И вот ребенок. Это же...

А потом меня накрывает волна липкого, противного ужаса. А что скажет Рустам? Что, если ему не нужны дети? От случайной связи, тем более? Что будет, если он начнет требовать аборта? Чтобы никаких полукровок, никаких алиментов. Никаких проблем.

Я не могу... Не могу допустить даже малейшего шанса, что этого ребенка не станет.

Кроме того, это увольнение. У главврача, конечно, много возможностей.

Но вот так выкинуть меня, обвинив в непонятно чём? Это тогда я растерялась. А сейчас, раздумывая над всем этим, пришла к выводу, что сдаваться просто так нельзя. Почему я должна признать себя виноватой и позволить делать с собой что угодно? Я много работала и дорожу своей репутацией.

Спала я ночью плохо. Римма Витальевна настояла, чтобы ночь я провела в больнице под наблюдением.

А утром в 8 часов я, движимая порывом защитить себя и ребенка, позвонила Шахову. Его номер у меня сохранился в телефонной книге.