Так во сколько?

— В восемнадцать, — отвечает тихо, и по тому как она прячет глаза, я получаю заблаговременный ответ на свой следующий вопрос:

— Мама так захотела?

Ева молчит, а когда за столом появляется официант, едва ли не выхватывает бокал вина у него из рук.

Решаю больше не давить на нее, потому что все интересующие ответы уже получил, и остаток вечера развлекаю ее рассказами о том, как я попал на Уолл Стрит и о своей последней поездке в Латинскую Америку.

То ли от вина, то ли от непринужденного разговора, Ева выглядит расслабленной и довольной: она много улыбается и заразительно смеется, когда я рассказываю как в Мексике на меня напала толпа оголтелых фанаток Ника Бейтмана, решив, что он — это я. Пожалуй, я давно не чувствовал себя так комфортно наедине с женщиной."

"— Мне нужно ехать домой, — с явным сожалением говорит Ева, бросая взгляд на часы. — Джейк, наверное, меня потерял.

Значит, ее увальня зовут Джейк. Даже имя у него идиотское.

— Что ты ему сказала? — спрашиваю, когда мы подходим к машине.

— Сказала, что встречаюсь со своим преподавателем, чтобы обсудить кое-что по учебе.

Я смотрю в ее голубые глаза и знаю, что она не врет. Именно так она ему и сказала. И он ее просто так отпустил. Нет, этот Джейк точно дебил.

Когда мы подъезжаем к тому месту, где я ее забрал, я успеваю выйти из машины прежде, чем Ева сбежит. А она собирается это сделать. Я вижу это по тому, как она всю дорогу поглядывает на дверную ручку, словно собирается совершить трюк с выпадением.

— Спасибо за ужин. —Ева опускает глаза, но я пальцем тяну ее подбородок вверх. Она сопротивляется, но в конце концов встречается со мной взглядом.

— Я привык быть честным в своих намерениях с женщинами, и тебе врать не буду. Ты мне нравишься, Ева. Я хочу заняться с тобой сексом. Твое семейное положение меня не волнует, потому что твой оргазм на автомобильном сидении такси сказал мне все, о чем мне нужно знать. Я свободен, если тебя это беспокоит, и я не собираюсь уводить тебя у мужа.

Чувствую ее сбившееся дыхание на своей шее и не удерживаюсь от того, чтобы наклониться и вдохнуть порцию ее запаха.

— У тебя есть мой номер телефона, — заправляю ее выбившийся из прически локон за ухо. — Позвони мне, и я затрахаю тебя так, что ты имя своей мамы забудешь.

С губ Евы срывается что-то очень напоминающее возбужденный стон, и становится причиной того, почему я отступаю от своего первоначального целомудренного плана на вечер: обхватываю ее затылок и окунаюсь во влажную упругость ее губ. Пусть и не сразу, Ева отвечает на поцелуй, на долю секунды так сильно прижимаясь ко мне своим соблазнительным телом, что я снова теряю контроль.. Кладу руку на ее упругую задницу и с силой сжимаю.

И снова это ее развратное «Боже», превращающее член в бейсбольную биту.