Его рука ласкала мою задницу, сильно сжимая, пока он шептал слова похвалы мне в кожу. Маттео продолжал входить в мое тело, я запрокинула голову назад, глядя на небо цвета карамели. Что-то в этом моменте — теплая вода с розовыми полосками, его собственническая хватка, грубые толчки, с которыми он входил в меня, и нежный взгляд его глаз — исцелило маленькие раны моего сердца. Облегчение от этого было физическим — глоток весеннего воздуха после темной зимы, принесший обещание, что Маттео будет всегда на моей стороне, а я на его.

Я притянула его для соленого поцелуя.

— Это все, что мне нужно.

— Ты — все, что мне нужно, — ответил он.

Я прижалась своей щекой к его и закрыла глаза, довольствуясь этим прикосновением. Чувствовать, как мой муж занимается со мной любовью в раю, чувствовать, как мое сердце восстанавливается, чувствовать надежду на светлое будущее.

Это все было здесь.

И это все было нашим.

ЭПИЛОГ

МАТТЕО

Я проснулся, когда ощутил, что матрас прогнулся. Ранний утренний свет едва пробивался сквозь занавески, а София снова собиралась в ванную.

Я заставил себя остаться в постели. На этой неделе она уже дважды кричала на меня, когда я пытался последовать за ней в ванную. А что, если у нее закружится голова и она упадет? В груди у меня сжалось, и я выпрямилась на кровати, когда София вернулась в спальню.

— Не волнуйся, муженек, со мной все хорошо.

Сказав это, она закатила глаза, но на ее губах играла улыбка. Она выглядела так великолепно. Ее рука поддерживала округлившийся живот, который был покрыт нежной кружевной ночной рубашкой. Ее щеки были румяными, а утренний свет заставлял ее растрепанные волосы сиять, как в день нашей свадьбы.

Она была совершенством.

Я уложил ее обратно в постель, положил подушку для беременных между ног и обнял ее.

— Счастливого Рождества, tesoro, — пробормотал я, поцеловав ее в щеку. — Ты — величайший подарок в моей жизни.

Я провел рукой по ее животу, прижимая ее к себе. До родов оставалось всего несколько недель, и мне не терпелось увидеть нашу малышку.

Нашу дочь.

У нас будет девочка, и я был одновременно в восторге и в ужасе. Я надеялся, что она будет выглядеть точно так же, как моя прекрасная жена.

— Счастливого Рождества, — ответила она, накрывая мою руку своей и сжимая ее.

Я вдыхал ее сладкий цветочный аромат, наслаждаясь последними моментами, когда нас двое.

Я задремал, довольный этим медленным утром, пока в нашем доме не воцарился хаос. Я проснулся от того, что моя маленькая жена терлась задницей о мой быстро твердеющий член.

Я уткнулся улыбкой в ее волосы. Последние несколько месяцев она часто возбуждалась.

— Маттео.

Мое имя на ее губах было всем.

— Да, tesoro. — Я провел рукой по ее животу, пока не обхватил ее киску. — Я здесь.

— Я так рада, что ты со мной, — сказала она.