— Моя жена сидит рядом со мной, — сказал Маттео ледяным голосом.

— Ну, она точно не стоит рядом с тобой, — сказала Юлия по-русски, ее голос был достаточно громким, чтобы я могла ее услышать.

Я одарила ее тошнотворно милой улыбкой и ответила по-русски.

— Смелые слова женщины, чей муж может изменить ей достаточно легко. Ты приехала вчера вечером? Это означает, что он, должно быть, уже нашел как минимум трех женщин, которых можно трахнуть.

Это был удар ниже пояса, и я почувствовала себя немного виноватой, но разъяренное выражение лица Юли доставило мне некое удовольствие.

"

"Маттео встретился со мной взглядом, и я слегка покачала головой. Я могла противостоять женщинам из Братвы. Он взял меня за руку и помог мне сесть на стул, прежде чем встать позади меня, положив руки мне на плечи. Он посмотрел на моего отца сверху вниз, побуждая его сказать что-нибудь.

Пахан расхохотался.

— Молодые и влюбленные! Мы все помним те дни.

Никто из его людей не улыбнулся. Я сомневалась, что они поймут, что такое любовь, даже если она ударит их по лицу.

Все заняли свои места, жены Братвы отошли к противоположному концу стола.

Рядом со мной сидел один из новых охранников, чему я была благодарна. Было неприятно смотреть на Пахана и Богдана, и я не думала, что смогу вытерпеть время рядом с ними.

Ужин прошел, наполненный светской беседой. Рука Маттео никогда не покидала моей кожи — она была либо на моей ноге под столом, либо держала мою руку поверх него. Несколько раз я ловила взгляд отца, скользящий туда, где мы с мужем соприкасались, и испытывала болезненное чувство удовлетворения. Он продал меня итальянцам, не заботясь о моем благополучии, и это имело для него неприятные последствия.

Анджело поймал мой взгляд через плечо отца и подмигнул. Тепло расплылось в моем животе. Наконец-то у меня появилась настоящая семья, которая заботилась и защищала безвозмездно.

Моя мама промолчала, но посмотрела на мою тарелку с едой. Выражение ее лица было настолько ясным, что я практически могла слышать ее ругательства по поводу моего веса. Я наколола на вилку фетучини и положила в рот, все время глядя на нее. Она отвела взгляд, ее губы скривились от отвращения.

Когда ужин подходил к концу, принесли тирамису и самбуку.

Анджело потер живот, глядя на большие подносы с десертом со своего места у стены. Мне нужно было убедиться, что он получит свою порцию позже.

Отец встал и объявил, что мужчинам нужно попробовать принесенную им водку. Они перешли в сторону бара с камином и большими кожаными креслами. На этот раз я сжала руку Маттео и ободряюще посмотрелана него. Ему нужно было пойти с остальными мужчинами, чтобы успокоить моего отца. Он наклонился и поцеловал меня в щеку.

— Веди себя хорошо.

Я закатила глаза.