Эта малышка на миллион должна стать образцом школы. Я в тебя верю. С уважением, Прекраснова».

– Приплыли… – поникла я.

Глава 9. Северский

«Динамщица!» – зло повторил про себя Андрей и нажал на газ. Внедорожник сорвался с места и, оставляя после себя клубы весенней пыли, помчался вперед по ночной дороге.

И почему он так разозлился из-за ее отказа? Ну, подумаешь, не захотела завтра на свидание с ним идти? Что, свет клином на ней сошелся?

«Выходит, сошелся!» – продолжал хмуро рассуждать про себя Андрей.

«Это все весна виновата!» – злился он.

Завибрировал мобильник. Андрей бегло взглянул на экран: дочка.

– Привет, Алекса! – включив громкую связь, заговорил он со своим брошенным в доме без присмотра ребенком.

– Пап, ну, ты где? Уже половина одиннадцатого… Я есть, между прочим, хочу!

– А ты разве не разогрела в микроволновке вчерашнее жаркое? Там ведь еще целая коробка оставалась!

– Лучше, папочка! Я нам с тобой пельменей сварила! Правда, они почему-то слиплись и уже остыли, но я все равно тебя жду!

Ага, ясно. Выслужиться хочет. Знает, что на собрании ничего хорошего о ней не сказали.

«Хотя благодаря двум креативщицам и странному чаю об Але вообще не вспомнили, – мелькнула мысль. – Да и директриса вполне вменяемой оказалась. Договорились, что в понедельник она приедет в офис «Сармата», чтобы обсудить детали. А там Поляков ее в оборот возьмет».

– Еду уже. Чайник поставь, – буркнул он.

– Пап… – все не отключалась Алекса. Вкрадчиво так продолжила: – А классная сильно ругалась?

– Классной не было.

– Как?! А мама Макушевой была?!

– Эта была, да. Но папа все устроил. Папа молодец!

– Правда?! Меня теперь на учет не поставят? – В тонком голоске дочки сквозила неподдельная радость.

Он вздохнул и покачал головой.

– Не поставят.

– А как тебе это удалось, пап? – изумилась Алекса. – От мамы Макушевой еще никто не уходил! Ее вся школа боится!

– Мне пришлось вступить в сговор с директором, – усмехнулся Андрей.

– Как это – в сговор?

– Вот так. Много будешь знать – скоро состаришься. Чайник поставь! Я уже рядом с домом. Пить жутко хочется!

– Уже бегу, пап! – Алекса загремела чайником, а потом вдруг насторожилась. – Пап! Ты же… ты же не стал ее мужчиной мечты?!

– Тьфу ты, Аля! Скажешь еще! Нет, конечно! Я теперь намного круче, чем мужчина мечты директрисы.

– Это как?"

"– Не скажу. Все, я подъехал, заканчивай болтать, сейчас поднимусь.

… Полусырые пельмени расползались по тарелке, прилипали к зубам и застревали в горле.

«Нет, так не может продолжаться, с этим надо что-то делать», – запивая их горячим сладким чаем, чтобы не подавиться, размышлял Северский. Он бы ни за что не стал есть полусырое липкое тесто, но Аля никак не уходила спать.