Он вспомнил, как испуганно расширились её глаза, когда она обернулась и увидела его. Но руки от его губ не убрала, пока некромант не прошёл. А ситуация с оторванной пуговицей?

«Встреча с данной адепткой катастрофически отражается на моём гардеробе», – усмехнулся он.

Ожидал попыток соблазнения? Получил. Раздеть пыталась, грудь гладила. Если отбросить её выражение лица и испытываемые эмоции при этом, то всё укладывалось в привычную схему. Правда, при этом обычно страх женщины прятали глубоко в душе и он не был так явно написан на их лицах.

На лице Лоран был ужас. Слишком уж выразительное оно у неё… и глаза.

Это и взбесило, когда она непонятно что искала внизу мундира, шаря по его бёдрам. Несоответствие между её беззастенчивыми действиями и выражением лица вывело его из себя. И с какой злостью она вручила ему пуговицу? Как будто он сам её оторвал. Несколько мгновений он в замешательстве смотрел на свои сжатые её рукой пальцы, прежде чем услышал звук закрываемой двери. После устроенного представления она просто сбежала!

Размышления не помешали ему быстро переодеться. Блеск злополучной пуговицы привлёк его внимание.

Со вздохом он подошёл и поднял её, переложив на стол. Брейд явно не удержится от подшучиваний, когда узнает, кто в очередной раз испортил ему одежду.

Покинув предоставленный ему на время коттедж, он направился к ректору. В коридоре столкнулся с магистром Рисаем.

– Как прошло занятие? – поинтересовался у того. Он знал, что сегодня у Лоран дополнительно шла медитация.

– Ещё идёт. Меня вызвали, пришлось её оставить.

– Как успехи? Это ей знакомо?

– Не похоже, но усердна. Желаете посмотреть?

Он заколебался. В принципе, немного времени ещё было, и желание увидеть её перевесило его решение в сторону адептки.

– Пожалуй.

К тому же, с первого раза ещё никому не удавалось погрузиться в себя, и если сейчас она действительно медитирует, это укажет на то, что подобная подготовка ей знакома.

Когда они вошли в зал, им открылась прелюбопытная картина. «Усердная» адептка безмятежно спала на циновке для медитации, подложив ладони под щёку. Судя по потрясённому выражению Рисая, такое в его практике встречалось впервые.

– Оставьте! – пресёк он его попытку разбудить адептку, и магистр закрыл рот, так и не произнеся ни слова.

 – Она вчера полностью выложилась, а сегодня, вопреки рекомендациям целителя, пришла на лекции. Перенесите занятия на следующую неделю.

Подойдя к спящей девушке, присел, оплетая её заклинанием сна. Гаярда дёрнулась, проявляясь, и стала его поглощать.

«Не смей! – мысленно одёрнул он ту. – Ей необходим отдых».

Гаярда замерла и вновь свернулась браслетом на её руке, давая ему закончить начатое. Разумная змейка, и необычная. Кто бы мог подумать, что с гаярдой можно договориться.