– Я соскучился по тебе, дорогая, – воскликнул Джим и быстро схватил ее в объятия.

В следующий момент он отпустил Лорен, да так внезапно, что девушка едва устояла на ногах.

– Ник! – продолжал он. – Смотри, какой свитер Лорен подарила мне на день рождения. Она связала его сама! А я принес тебе кусочек моего торта – его тоже пекла Лорен!

Оценив грозный вид Ника, его сердито нахмуренные брови, Джим усмехнулся и сказал:

– Спущусь к себе, мне уже пора.

И, повернувшись к Лорен, добавил:

– Увидимся позже, дорогая.

И с этими словами Джим вышел.

Шокированная до глубины души Лорен наблюдала за его отступлением с поля боя.

Она все еще смотрела ему вслед, когда Ник схватил ее за плечи и развернул лицом к себе.

– Мстительная сучка, ты отдала ему мой свитер! Что еще заполучил он такого, что по праву принадлежит мне?

– Еще что? – возмущенно повторила Лорен. – О чем ты говоришь?

Она уже почти кричала.

Он стиснул ее плечи.

– Твое восхитительное тело, дорогуша. Вот о чем я говорю.

Изумление Лорен сменилось яростью.

– Лицемер! Как ты смеешь говорить мне гадости? – взорвалась она, слишком оскорбленная, чтобы бояться.

 – С самого начала нашего знакомства ты утверждал, что женщина вправе удовлетворять свои сексуальные потребности с любым, кто ей понравится. Но теперь… – Она едва не задохнулась от гнева, – но теперь, когда ты решил, будто я с кем-то переспала, оскорбляешь меня! Подумать только, ты! Да ты вполне можешь представлять Соединенные Штаты на Олимпийских играх по сексуальным упражнениям…

Ник разжал руки, словно обжегшись. Явно сдерживаясь, приказал тихо и зло:

– Убирайся отсюда, Лорен.

Когда Лорен ушла, Ник подошел к бару и налил себе виски.

Ярость и боль жалили, как тысяча змей.

Итак, у Лорен есть любовник! У Лорен, может быть, целая куча любовников.

Его охватило горькое сожаление. Лорен больше не маленькая дурочка с наивными глазами, которая полагает, будто мужчина и женщина должны полюбить друг друга прежде, чем лечь в постель. Ее восхитительным телом владели другие мужчины. Воображение услужливо нарисовало картину – обнаженная Лорен в объятиях Джима…

Осушив бокал, он немедленно наполнил его снова. Заглушить боль, отогнать мучительные видения… С бокалом в руке Ник плюхнулся на диван и положил ноги на стол.

Мало-помалу спиртное начинало действовать. Боль притупилась, и гнев немного улегся. Осталась только звенящая пустота.

– Что это на вас нашло? – спросила Джима Лорен на следующее утро.

Джим усмехнулся.

– Назовем это «неконтролируемый порыв».

– Я бы назвала это безумием! – воскликнула она. – Вы даже не представляете, как он разозлился. Он говорил мне грязные слова. Я… Мне кажется, он обезумел.

– Так и есть, – согласился Джим. Вид у него был довольный и удовлетворенный.