– Я случайно была в городе и решила заскочить и узнать, может быть, Никки… то есть, мистер Синклер свободен, чтобы мы пообедали вместе, – сообщила она Лорен. – И не надо обо мне докладывать. Я просто войду."

"Через несколько минут Викки и Ник вместе вышли из кабинета и направились к лифтам. Рука Ника привычным жестом обнимала красотку за талию. Он улыбался – девица рассказывала ему что-то забавное.

Лорен поспешила вернуться к пишущей машинке. Южный выговор Викки был ей ненавистен, как и собственническая манера смотреть ему в глаза. И этот томный смех был ей омерзителен! Собственно, ненависть вызывало буквально все в этой женщине.

Понятно, почему – ведь бедняжка Лорен была безнадежно, непоправимо и по уши влюблена в Ника Синклера!

Она обожала в нем все. Взять хоть ощущение силы и власти, которое он буквально излучал. Или энергичную уверенность его широких шагов… А этот задумчивый взгляд, когда Ник с головой уходил в работу! Лорен восхищалась его манерой носить дорогую одежду и перекатывать в ладони ручку с золотым пером во время беседы по телефону. Она уже решила – сгорая от отчаяния и безнадежной любви, что Ник – самый могущественный, неотразимый и энергичный человек в мире.

Но он был от нее далек, как никогда прежде.

– Не нужно слишком расстраиваться, дорогая, – услышала Лорен голос Мэри Каллагэн, которая тоже собралась идти обедать. – Таких, как Викки Стюарт, у него было множество. Их хватает ненадолго.

Мэри пыталась ее приободрить, но Лорен стало только хуже. Конечно, Мэри знала все, что произошло между нею и Ником в недавнем прошлом. Но у нее возникло подозрение, что Мэри также известно и то, что творится в ее сердце сейчас!

– Пусть делает, что хочет.

Какое мне дело! – воскликнула она с досадой.

– Правда? – с улыбкой возразила Мэри, выходя из кабинета.

Ник не возвращался, и Лорен сердито размышляла, в чью постель они отправились – его или Викки.

К тому времени, как Лорен уехала из офиса, она была настолько измучена ревностью и презрением к самой себе – почему любит такого беспринципного и распутного типа, что у нее жутко разболелась голова. Добравшись до дому, она принялась бесцельно слоняться по своей нарядной гостиной.

С каждым днем ей становилось все тяжелее находиться рядом с Ником.

Придется уйти из «Синко» – невыносимо быть рядом, сгорая от любви, и наблюдать, как он крутит с другими женщинами, а на нее смотрит, будто она предмет офисной мебели, чье присутствие раздражает, но и обойтись без него нельзя…

Внезапно у Лорен возникло безумное желание послать к черту их обоих – и Ника Синклера, и Филиппа Уитворта! Собрать вещи и вернуться к родителям, к друзьям. Но, разумеется, ничего подобного она не сделает. Им нужны деньги…

Лорен остановилась, как вкопанная.