– Он… – роняю растерянно и отвожу взгляд.

Не до конца понимаю, что чувствую: хочу ли я, чтобы бывший увидел меня с детьми? Не знаю… Быть может, в этом и есть какой-то смысл.

– Что делать будешь? – Оля не унимается.

Её можно понять: она была бы рада вот так встретить бывшего, только он сбежал, оставив после себя лишь письмо. Написанное на бумаге: то ли насмешка, то ли привет из прошлого. И если я сама не искала встреч с предателем, то подруга немало сил потратила на поиски.

– Ничего, – пожимаю плечами, переведя дыхание и немного успокоившись. – Сделаю вид, что не заметила его.

Вот только сказать – легко, а претворить в жизнь непросто. Я с трудом контролирую себя, а взгляд сам то и дело возвращается к предателю. Как же сложно держать себя в руках, когда твоё прошлое настигает тебя семимильными шагами. Неизвестность пугает и в то же время будоражит кровь.

Нет, я ни в коем случае не собираюсь прощать Астахова, к тому же он и сам не просит об этом. Но всё же мне очень хочется, чтобы муж, наконец, осознал, что натворил и пожалел о том, что выбрал одноразовую связь вместо семьи. Семьи, о которой мы столько лет вместе мечтали. И у меня она теперь есть, а у него не будет никогда. Не с нами уж точно.

Отвлекаюсь на малышей, помогаю Тимоше подняться на ножки, когда он практически с головой скрывается в горе из шариков. Сынок заливисто смеётся, демонстрируя мне свои беленькие ровные зубки.

– Добрый день, Мар-та, – летит в спину, и мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто стоит позади меня.

– Добрый день, Андрей… – роняю растерянно, ведь как бы мне ни хотелось, сохранять твёрдость голоса непросто.

С языка едва не слетает вопрос: а что ты здесь забыл? Вовремя останавливаю себя, напоминая о том, что мы теперь чужие люди."

"Между нами стоит общее прошлое, наполненное яркими моментами, и в то же время огромная пропасть, имя которой «измена».

Отворачиваюсь от бывшего и возвращаю своё внимание детям.

Кир и Тим воюют за шарик, и хотя вокруг множество таких же, каждому нужен именно этот.

– Мальчики мои, так нельзя, – присаживаюсь перед сыновьями на корточки и пытаюсь их помирить.

– У вас… – голос Астахова позади меня хрипнет, а меня внезапно возникшая субординация выбивает из колеи окончательно. – Двое детей?

Никак не реагирую на выпад Андрея, сначала успокаиваю сыновей, которые у меня всегда на первом месте, и только потом оборачиваюсь к…

Я даже не знаю, как называть этого человека: бывший, муж, начальник? Последнее вполне уместно, учитывая тот факт, что большая доля фирмы по документам теперь принадлежит Астахову.

Неужели Андрей и правда ничего не помнит? Я бы подумала, что он просто играет, если бы не одно но: бывший купил долю в бизнесе. Бизнесе, который сам же основал, хоть и оформил его на моё имя.