Я обескуражено захлопала ресницами и неловко улыбнулась:

– Егор, не смешно!

– Я не Егор, – холодно произнёс мужчина. – Меня зовут Глеб.

– Я не Ольга, я Антон? – Мои губы растянулись еще шире в глупой неуверенной улыбке.

– Что? – нахмурил брови мой собеседник.

– Егор, хватит прикалываться. Странное у тебя чувство юмора …

– Я Глеб, – с легким раздражением повторил мужчина. – Мы с Егором близнецы. Он разве не говорил?

– Не говорил…

Я никак не могла осознать происходящее. Черт, у Егора есть брат-близнец?!

– А ты новая сотрудница? – поинтересовался этот человек, глядя так сурово, будто готов был просверлить дыру во мне своими внимательными глазами.

– Да, я помощник главного бухгалтера, – растеряно промямлила я, – Анастасия.

– Очень приятно.

Я продолжала стоять, совершенно растерянная и ошеломленная. Хлопала ресницами и разглядывала… Глеба. Теперь я уже отчётливо видела, что это никакой не Егор.

Да, похож. Очень похож. Но все же и различий много. Одежда… совсем другая. Егор всегда носил модные вещи: приталенные рубашки с закатанными рукавами, зауженные брючки, отчего при первой встрече с ним легко могло сложиться впечатление, будто перед тобой избалованный сынок богатых родителей, не обремененный трудностями бытия.

Глеб же выглядел совершенно иначе. Он явно был любителем классики в одежде. Темные оттенки, строгий стиль, солидные часы на запястье. Хоть они с Егором и близнецы, Глеб казался намного старше. И его ни за что нельзя было принять за мажора или легкомысленного повесу.

Но ни одежда, ни аксессуары не говорили так о том, что это совершенно другой человек, как его лицо. Черты те же, что и у Егора, но выражение, мимика, взгляд – все было другим.

Теперь стало ясно, почему обитатели офиса побаиваются старшего босса. Уже от одного его взгляда с легкостью можно наложить в штаны.

– Извините, что я так… набросилась на вас. Мне очень неловко, – тихо промямлила я, нервно сцепив пальцы, как нашкодившая школьница.

– Ничего страшного, – снисходительно ответил он, – можешь идти работать дальше.

Я послушно кивнула, развернулась и покинула кухню.

Прикрыв за собой дверь, на секунду замешкалась. Что значит – можешь идти работать дальше? Я вообще-то за кофе приходила.

Развернулась было, чтобы вернуться, но сразу же передумала. Нет, я ни за что не хочу ещё хоть сколько-нибудь времени провести с этим человеком наедине. Тем более после того, что я вычудила.

Боже, как же стыдно! Ещё и надо было мне назвать его засранцем! Откуда вообще это дурацкое слово пришло на ум? Ведь у нас с Егором даже ещё не те отношения, чтобы его так называть!

Лицо от стыда горело огнем, в груди пекло, хотелось сквозь землю провалиться.