Он поворачивает голову и кивает мне, словно приветствует. Ах, вот как!

— Ну что, думаешь, сможешь обогнать? — кричит он через шум моторов.

— Посмотрим! — кричу в ответ, и тут же даю газу.

Но не тут-то было. На последнем повороте я чувствую, как моя машинка теряет контроль. Давид ловко маневрирует, оставляя меня позади. И вот — финишная черта. Я даже не успеваю понять, что произошло, как он уже пересекает ее первым.

Торможу, с легким разочарованием вздыхаю, снимаю шлем. Давид стоит у своей машинки, ухмыляется и снимает свой шлем. Взгляд его чуть ли не светится от победы.

— Ну что, — говорит он, приближаясь ко мне, — готова признать поражение?

— Ладно, — я сдавленно усмехаюсь, хотя внутри хочется поддразнить его в ответ. — Ты выиграл. Честно. Но не думай, что это было легко!

— О, ни в коем случае, — отвечает Давид, на его лице та самая ухмылка, которую я уже знаю наизусть. — Но ты же помнишь наше условие?

Я напрягаюсь. Условие? Ах да! Я же согласилась выполнить любое его желание. И тут в его глазах мелькает что-то опасное.

— Хорошо, — вздыхаю, поднимая руки. — Что ты хочешь? Еще одну поездку на колесе обозрения в подарок? Или, может, что-то поинтереснее?

Он делает шаг ко мне. Его взгляд становится серьезнее, и я чувствую, как мое сердце начинает стучать быстрее.

— А вот и мое желание, — говорит он тихо, стоя уже совсем близко. — Поцелуй.

— Что? — я моргаю, пытаясь понять, шутит ли он. Но в глазах мужчины не видно ничего, кроме уверенности.

— Ты проиграла, — улыбается Давид, наклоняясь ближе, его голос становится чуть ниже. — Теперь твое дело — выполнить свою часть договора.

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но слова застревают в горле. Его рука мягко касается моего подбородка.

Мое сердце замирает на долю секунды, а потом его губы касаются моих. Мягко, но в то же время решительно. И да, я понимаю — проигрыш в гонке не так уж плох.

Когда он отстраняется, я чувствую легкое головокружение и едва сдерживаю улыбку.

— Ну что, — шепчет он, наклоняясь к моему уху, — может, в следующий раз дашь мне фору?

— Мечтай, — отвечаю я, пытаясь сохранить серьезное выражение лица.

Давид

Мечтательно вытягиваюсь на диване в полный рост. Ноги упираются во что-то мягкое и теплое, которое злобно шипит и мяукает. Но я в настолько умиротворенном состоянии, что мне никто не сможет испортить настроение. Ни кот деда, ни сам дед.

А он старался как мог, даже не сомневайтесь. Уморился, спит теперь без задних ног. А мне не спится. Хочется думать про нее, про Василису.

Прокручиваю в голове наше сегодняшнее свидание. Колесо, конечно, тот еще пиздец. То, что мы не наебнулись вместе с кабиной, настоящее чудо. Там все такое ненадежное, стремное. Ни ремней безопасности, ни спасательных жилетов, ни шлемов, ничего.

Зато на картинге было круто.