— Как же меня ведет от тебя, пиздец, — бормочу, зарываясь в шелковые, одуренно пахнущие волосы. — Готовься, родная, всю ночь ебать тебя буду.

Она хочет что-то сказать, но я накрываю ее рот, толкаюсь в него языком. И так мне вставляет, что не хочется прекращать. Хочу и членом ее трахать, и языком.

Расстегиваю ширинку на джинсах, сдергиваю по ногам вниз. Возвращаюсь обратно, девчонка притягивает меня за затылок, снова оглаживает плечи.

— А чулки где? — спрашиваю, не отрываясь.

— Дома, — отвечает, задевая губами губы, отчего все тело пронзает дрожь, — холодно на остановках стоять.

В голове что-то смутно мелькает и исчезает.

— Холодно, — соглашаюсь и кладу руку на полоску белья между ног, — зато тут пиздец горячо. И мокро.

Отодвигаю насквозь промокшую ткань, девчонка стонет мне в губы и двигает бедрами, насаживаясь.

Пиздец. Ну пиздец же.

Обычно шлюхи пользуются смазкой, а эта сама течет мне на руки. Течет и насаживается. Ее трусики полностью мокрые, и от этого тоже вставляет.

Походу на периферии шлюхи какие-то неправильные. Или мне такая попалась.

Стягиваю через голову футболку, штаны снимаем с меня вместе. Я помогаю ей выпутаться из рукавов длинного свитера.

Белье на ней наощупь простая хэбэшка. Без всяких кружев-паутинок и без всяких разрезов для быстрого доступа.

Тут периферия отстает. Хотя ладно, помню, что на остановках холодно. Зато то, что под бельем — чистый кайф. Полушария ложатся в ладонь идеально, соски твердеют, стоит коснуться их языком.

Девчонка подо мной стонет и извивается. Мне не так хорошо видно в темноте, но я чувствую на совсем другом уровне — она не играет. И если немного напрячься, можно даже представить, что у нас с ней все по-настоящему. Не за деньги.

Но я не буду. Я вызвал шлюху, за которую хорошо заплатил. Мне просто нужна парочка хороших оргазмов. Можно три. А не сопли и слюни. Сопли и слюни это для слабаков.

— Пристегивайся, родная, прокатимся, — шепчу на ухо девчонке.

Выпрямляюсь, подтягиваю к себе за колени. Развожу шире стройные ножки. В агентстве клялись, что девочки у них чистые и на таблетках. Это мой пунктик, не люблю презервативы. А трахаться люблю, поэтому мне проще с эскортницами.

Раскаленный стояк сам находит влажный вход, и я размашисто ударяю бедрами, вгоняя его по самые яйца.

Девчонка подо мной вскрикивает, шелковые стеночки облегают член плотно как перчатка.

Пиздец, какая она. Тугая, шелковая. Как же в ней охуенно!

Я уже несколько раз кончил в мыслях, пора теперь догонять в реале. Упираюсь руками в разведенные коленки и начинаю мерно вколачиваться в узкую и тугую девчонку, стонущую и извивающуюся, как будто у нас с ней все по-настоящему.

И я на какую-то долю секунды пиздец как хочу, чтобы это было по-настоящему.

Василиса

— Пристегивайся, родная, прокатимся.