– Это в России все более-менее устаканилось, а здесь жизнь бурлит и бьет ключом, как в девяностых.

– Что есть, то есть, – согласился Дикий. – А ты как в Киев-то попал?

– Да, считай, случайно. Тетя неожиданно домик в наследство оставила. Тетку похоронил, домик продал. Причем очень удачно продал – после этого цены на недвижимость резко упали. Купил две квартиры, потом их продал, купил другие. Так и пошло-поехало. Сначала сам крутился, потом людей стал нанимать. Так и прижился. Но это все лирика, ребята. Давайте-ка уже рассказывайте, что такого приключилось, что вас в Киев занесло?

Андрей с ухмылкой откинулся на спинку стула и прикурил очередную сигарету.

Иван отложил нож и вилку и аккуратно промокнул губы салфеткой.

– Проблемы у нас, Андрюха.

– Да это я уже понял. Ты давай рассказывай, а там видно будет, чем помочь смогу.

– Рассказ не короткий получится, в пять минут никак не уложиться.

– В пять минут не загоняю, но в четверть часа, будь добр, уложись. Время – деньги.

И Иван, не тратя время на собирание с мыслями и препирательства по поводу временного цейтнота, начал свой рассказ. Не распыляясь на эмоции и лишние подробности, уверенно, коротко, емко. Из чего Сергей сделал однозначный вывод о заготовленной и отрепетированной заранее речи, что было удивительно и необычно для друга-раздолбая.

«Вот так, Сережа, а ты думал, что знаешь Ванька как облупленного», – подумал Конан, прилагая все усилия для сохранения маски бесстрастности на своем лице.

А Иван рассказывал. О том, как в родном городе заступился в кабаке за девушку, к которой приставал самоуверенный урод – какая банальность, не правда ли? Но самоуверенность подонка обусловливалась не только свойствами характера и плохим воспитанием, но и прокурорским удостоверением, помноженным на уверенность в поддержке всесильного папы-депутата. К тому же он был не один. Такие по одному не ходят, им свиту подавай.

Серега – добрая душа – сначала пытался оттащить друга, сгладить ситуацию, да куда там! Урод выхватил ствол, Ваня среагировал молниеносно, как был научен службой. В следующий момент друзья были атакованы уже четверкой прокурорских. В общем, завязалась драка. Драка как драка, сколько таких собровцы перевидали на своем веку, в скольких сами поучаствовали. Все бы было ничего, если бы в процессе свалки зачинщик не ударился при падении виском об угол стула, и из четырех подонков в живых остались только трое. А потом…

Потом папа взвился до небес! В России с депутатами вообще очень сложно, а на Кавказе к этому добавляется еще и такое понятие, как «уважаемый человек». Был на полную катушку задействован административный ресурс.