– Все не так драматично, как вы нарисовали, но в этом есть определенный смысл, ребята, – сказал Стариков, до этого почти все время молчавший. – В городе несколько диаспор. И если каждый будет выяснять отношения с каждым, то будет хаос, а власти хаоса не потерпят. Вот и сложилась такая практика, что у каждой диаспоры есть кто-то, кто, так сказать, уполномочен разруливать возникающие конфликтные ситуации.

– А-а-а! Вон где собака порылась! Ну, мы ж не знали! Поэтому мы сами как-то все разрулили. – Иван с наивным видом хлебнул кофе. – А что? У кого-то есть к нам претензии?

– Нет, претензий нет, – недовольно нахмурился Грек, – но после ваших выходок появилось некоторое напряжение в отношении к русским. Никто из уважаемых людей теперь не знает, чего от вас ожидать. А это плохо, это нервирует. Бизнес же любит спокойствие. Спокойствие и предсказуемость.

– Алексей Семеныч, что-то я не совсем понимаю. Что мы не так сделали? Мы зарегистрировали охранное агентство, так? Так. Человек заключил с нами договор, мы его охраняем. На него наехали – мы прикрыли. В чем проблема?

– Как бы вам объяснить, ребятки… Гречихин задумчиво подбирал выражения, Стариков же молчал, с интересом наблюдая за разговором.

– Жора! – крикнул хозяин метрдотелю. – Пусть принесут сахарницу. Нет, две!

На лице Жоры ни один мускул не дрогнул. Через минуту на столе стояли две хрустальные сахарницы.

– Понимаете, ребята, Порто-Франко – город транзитный. – Говоря это, Грек стал сыпать сахар из одной сахарницы в другую. И сыпал, пока та не переполнилась, и сахар не посыпался из нее на стол. – И многие хотели бы здесь остаться. Однако все имеет свои границы. Вот представьте: эта сахарница – Порто-Франко. Как видите, она полна до краев. – И он взял из второй сахарницы еще щепотку сахара и сыпанул в переполненную. Сахар скатился с горки и рассыпался по столу."

"Парни некоторое время сидели и смотрели на сахарницу.

– Прикольная аллегория, – сказал Иван и потянулся под рубаху, к поясу.

Сидевшие невдалеке секьюрити напряглись. Иван замер, но руку не убрал.

– Спокойно, – скомандовал Грек.

Дикий благодарно кивнул хозяину и медленно, чтобы не напрягать бодигардов, вытащил пистолетный магазин. Затем выщелкнул из него патрон.

– А если так?

С этими словами он уронил патрон точно на верхушку горки сахара, отчего белые песчинки брызнули в стороны, уступая напору беспардонно вторгшегося боеприпаса.

– Война? – Гречихин, да и Стариков нахмурились.

– Что вы! – удивленно воскликнул Конан. – Разве кто-то стрелял? Даже оружие не доставали, Алексей Семеныч!

– Это многим не понравится, – нахмурился Гречихин.

– Ну так и мы не девочки, чтоб нравиться кому-то, – усмехнулся Дикий. – Мы работаем честно. Есть контракт – мы его отрабатываем.