Улица встретила нас все той же непогодой. На нашу удачу, почти сразу навстречу выехало такси с манящим зеленым огоньком. Усевшись на заднее сиденье, я сказал водителю адрес и обнял спутницу.

Водитель глянул на нас в зеркало, ухмыльнулся, включил счетчик, и нажал на газ.

Ехать было всего ничего. Когда машина остановилась, я попросил водителя подождать, и хотел положить на сиденье часы, как залог возвращения.

На этот жест шофер сморщился и сказал:

— Иди, а то девица сейчас убежит. Подожду, сколько нужно. И часы забери, знаю я вас обоих.

В подъезде мы в последний раз поцеловались, и Лена торопливо застучала каблучками вверх по ступенькам. Я же вернулся в такси и назвал следующий адрес.

— Что-то рановато сегодня с работы, — как бы между делом произнес водитель.

— Да, нет у нас сегодня выходной, в кино просто ходили, — сообщил я.

— Понятно, — сообщил собеседник. — Значит, отбил девку у Таракана?

В ответ я промолчал, только пожал плечами.

— Вот же городишко, — раздраженно пролетела мысль. — Куда не сунься, все тебя знают.

— А чего злишься? Сам ведь этого хотел, — моментально пришел в голову ответ на эту мысль.

Видимо водитель понял мое нежелание говорить на эту тему, поэтому перешел на рассказ о трудностях таксерской работы.

Когда мы подъехали к нашему дому, на счетчике натикало рупь девяносто. Я широким жестом выложил на сиденье трешку, и вышел из машины.

— Эй, Сашок, погоди, — остановил меня шофер. — говорят Таракан все еще хочет с тобой поквитаться. Ты бы осторожней по городу вечерами бродил.

— Спасибо за предупреждение, — поблагодарил я и зашел в подъезд.

— Ну, и где ты весь день болтался? — такими словами встретила меня маман. — Какая нужда по улицам по такой слякоти бродить. Тебе девчонку свою не жалко?

— Ну, мама, мы в кино ходили на «Мужчину и женщину», потом у Лены дома были, Агафья Тихоновна нас обедом кормила.

Мама тяжело вздохнула.

— Саша, когда ты у меня повзрослеешь. Разве можно целый день в гостях сидеть у пожилого человека. Ей, что, больше делать нечего, как недоросля развлекать.

— Юра, ну скажи хоть ты ему, что нельзя быть таким эгоистом, — повернулась она к отцу, безучастно слушавшему наш разговор.

Батя мечтательно вздохнул и сказал.

— Знаешь, Марина, я тут не удержался и как-то зашел в шашлычную.

— И что?

— У нашего сына губа далеко не дура, — сообщил папахен и снова мечтательно вздохнул.

— Не поняла, — нахмурилась мама.

— Чего же тут не понять,- сказал отец. — Софи Лорен рядом с этой девчонкой делать нечего.Оказывается, мы своего сына совсем не знаем. Все за мальчишку держим. А он у нас, орел!

— Это как понимать? — начала маман строить из себя дурочку."

"— Марин, перестань. Все ты поняла, — улыбнулся отец. — Меня тогда, как пыльным мешком из-за угла стукнули.