Я слушала нудные лекции по общей магии и магии света, к концу даже начала что-то понимать. Но все равно интересом к учебе не прониклась. На краю сознания смущенно топталась мысль: «А чем бы мне вообще хотелось заниматься?», но я гнала ее. Пока просто не решалась об этом думать.

Точно не магией.

Наверное…

После обеда появились первые успехи. Сначала в оранжереях, где мы ухаживали за цветами. Я тихо радовалась, что умудрилась ничего не сломать и не вырвать вместо сорняка что-нибудь полезное и нужное, поскольку делала это все впервые. Но подошедшая преподаватель, госпожа Микаэла, расщедрилась на сдержанную похвалу.

Мол, растениям я понравилась.

Плюс к тому через два часа выяснилось, что бесчисленные гулянки не прошли даром и танцую я не в пример лучше, чем любая из первокурсниц, которых, к слову, в большом зале с зеркалами на стенах набралось три десятка. Да что там, к концу занятий учитель танцев признал, что даже пятикурсниц он до сих пор не сумел обучить таким плавным, прочувствованным движениям.

Разнообразия ради почувствовать себя небезнадежной было приятно.

С домашними заданиями девчонки мне пока помогали, так что после ужина я целиком перешла во власть конспектов.

Вчитывалась, пыталась что-нибудь понять, записывала… Занятие было монотонным и наскучило уже через полчаса, но я сосредоточенно закусила губу и осталась сидеть на месте, в одном из общих залов, у горящего камина, обложившись учебниками.

Зал постепенно пустел. Краем уха я услышала, как часы пробили полночь.

Вскоре я осталась совсем одна.

Огонь трещал все тише, глаза начинали слипаться, голова гудела от обилия новых знаний. Еще была тихая злость на то, что знания эти мне даром не нужны, а приходится корпеть над учебниками.

Но упрямство пока пересиливало. Неужели я глупее каких-то провинциальных куриц?!

— Не поздновато?

Услышав прямо над ухом голос, я подпрыгнула от неожиданности.

Только спустя два почти болезненных удара сердца осознала: Трин.

— С ума сошел, так пугать?! — воспитателю достался полный осуждения взгляд, но он и не подумал усовеститься.

— Я не пугаю, я забочусь.

Трин опустился на корточки у камина, пошевелил угли, подбросил в разгоревшийся огонь еще поленьев и швырнул туда же заклинание.

— Очень мило, — буркнула я.

— Стараюсь, — воспитатель проигнорировал недовольство в моем тоне и обворожительно улыбнулся.

— Столь ответственное отношение к своим обязанностям похвально, — чопорно проговорила я и даже губки поджала, копируя Тайс. А в следующий миг насмешливо уточнила: — Или все дело в том, что я богатая наследница?

Шутку Трин воспринял всерьез.

— Именно так.

— Что?! — я даже в слуховых галлюцинациях себя заподозрила.

— Что слышала, — он прямо посмотрел мне в глаза.