Потому что, чем дольше я думала, тем меньше у меня оставалось сомнений в том, что с этим приглашением – вернее, с приказом отправиться на Королевский Отбор в Эдессу – не все в порядке.

Я нисколько не верила в милость короля Генриха, а это означало лишь то, что впереди нас ждали большие неприятности.

Наконец, натянула коричневую амазонку и застыла, размышляя, что еще может мне понадобиться в столь неожиданном путешествии. Подумав, добавила в небольшой сундук с одеждой любимую книгу по магии и маленькую иконку с изображением Великой Матери.

Вот и все!

…Кое-как пообедали, и я даже нашла в себе силы улыбаться комплиментам молодого капитана и не слишком расстраиваться, заметив, с какой жадностью впитывала в себя Лисса рассказы о столичной жизни. Решила, что у меня есть проблемы поважнее.

Например, распорядиться подаренными Генрихом и собранными за лето деньгами так, чтобы хватило на починку крыши и зимние запасы. Оставила их в ведении Марии, дав указания, что именно закупить на следующей ярмарке. По моим прикидкам выходило, что денег им хватит с лихвой, так что волноваться о том, что моя семья умрет с голода, у меня не было повода.

Затем пришла пора прощаться.

С трудом, но все же уговорила Лиссу остаться в замке. Сестра засобиралась провожать меня аж до Избора, решив посмотреть на эдесского принца Вестера Карвайра. Заслышав мой отказ, устроила скандал с рыданиями.

Но я была непреклонной – нечего ей делать за стенами «Зеленой Лощины» на ночь глядя! К тому же до города три часа езды в седле по размытой недавними дождями дороге, а я с таким трудом выходила ее от кашля, не поддающегося лечебной магии!..

И Лисса насупилась, даже отказавшись обнять меня на прощание.

Зато я обняла дядю, успевшего не только щедро угостить королевский отряд из винных погребов «Зеленой Лощины», но и порядком угоститься самому. На прощение негромко сказала ему, что если он не прекратит пить к моему возвращению, то я лично отвезу в Избор и продам все его запасы.

Затем с усмешкой смотрела, как вытянулось его осунувшееся, с покрасневшим носом и синими прожилками на щеках лицо.

Попрощалась со старым архимагом, на миг прижавшись губами к его морщинистой коже и шепнув, что он – моя последняя надежда. Именно он остается в замке за главного, потому что больше некому!

Затем все же поцеловала обиженную сестру и нервно улыбнулась на шутку пришедшего в себя дяди, заявившего, что домой они уже ждут будущую королеву Эдессы. Обняла Марию, Олафа и их двух младших сыновей. Четырнадцатилетний Дерек отправлялся с нами в Избор, чтобы вернуться в «Зеленые Лощины» уже с моей лошадью.

Наконец, пристроили мой сундучок и выехали. Прогрохотали копытами по старенькому мосту, который бы тоже не помешало починить.