Он хмурится, прожигая меня взглядом своих ярких зеленых глаз, и я уже готовлюсь к какому-нибудь идиотскому подкату, как вдруг он заплетающимся языком произносит:

– Детка, ты такая красивая, но так дерьмово поешь!

Неожиданно для самой себя я издаю смешок, а затем начинаю хохотать. Запрокидываю голову к потолку и смеюсь на весь бар. Так сильно, что из глаз начинают течь слезы. Вытираю их подушечками пальцев, а затем возвращаюсь взглядом к брюнету. Он по-прежнему хмурится, а его густые брови сведены к переносице.

– Я не пытаюсь к тебе подкатить. У меня есть девушка. Хотя уже нет. Но я все равно ее люблю. И у меня член не стоит, – жалобно стонет он. – Дьявол. Не то чтобы он вообще не стоял… Просто на тебя не стоит.

– Я рада, что у тебя на меня не стоит.

– Правда?

– Правда."

"– Фух. Я имею в виду, что дело не в тебе. Ты очень красивая. Просто мой член стоит только на нее. Понимаешь? Она сделала приворот. И теперь он принадлежит ей. Но ты классная… – Он замолкает и снова начинает хмуриться. – Ну классная, когда не поешь. Умоляю, не делай так больше.

Снова начинаю смеяться, а затем широко распахиваю глаза и издаю крик, наблюдая за тем, как в лицо красавчика летит кулак Фрэнка.

ГЛАВА 3

THUTMOSE, NOMBE – RUN WILD

ЭштонФонари ночного города мелькают яркими огоньками сквозь тонированные стекла моего «хаммера». На дороге пустынно, ведь уже далеко за полночь, и сегодня будний день. Конечно, будь мы где-нибудь в Голливуде, где звезды шоу-бизнеса окончательно спутали день и ночь, мы бы даже постояли в пробке. Но Рид живет в Пасифик Палисейдс, районе, расположенном вдали от шума Лос-Анджелеса, так что сейчас мой «хаммер» – единственный автомобиль, рассекающий по узкой дороге, ведущей к берегу океана.

– Прикольно. У тебя потолок весь в солнечных зайчиках, – доносится голос Рида, валяющегося на заднем сиденье моей машины.

Смотрю в зеркало заднего вида и вижу, как идиот широко улыбается. Отвожу взгляд и мотаю головой, пытаясь восстановить самообладание.

Разговаривать с этими придурками просто бесполезно. Тиджей вырубился, едва я затащил его задницу на переднее сиденье, а Рид валяется сзади и выглядит таким счастливым, будто он единорог, скачущий по радуге.

Этот вечер мог стать одним из лучших в моей жизни. Я планировал просто лежать в своей квартире, есть куриные тако и смотреть какой-нибудь шведский сериал, который Эбби посчитала бы скучным. Эбс в целом считает мою жизнь скучной. Ведь я, по ее словам, никак не оставлю мысли о самоубийстве…

– У тебя в машине так вкусно пахнет какими-то персиками! – кричит Рид так громко, будто думает, что я нахожусь не на расстоянии вытянутой руки, а где-то за пределами штата. А затем его рвет. Прям на мои текстильные зеленые коврики. И персиками больше не пахнет.