– Так сложно было не забывать?

Самый тупой вопрос, который мне когда-либо доводилось слышать."

"– Прости, дорогой, – выдавливаю из себя и чувствую, как от «дорогой» тошнота подступает к горлу.

– Еще раз такое повторится, Хлоя, пеняй на себя, – рычит в трубку он, заставляя волосы встать дыбом.

– Так зачем ты звонил?

– А я что, уже не могу тебе позвонить?

– Можешь, – выдыхаю я. – Конечно, можешь.

– Херню тогда не спрашивай.

Тяжело сглатываю ком в горле, пытаясь не расплакаться.

– Я приеду пораньше. Через пять дней.

Приоткрываю рот от удивления, не в силах вымолвить хоть что-то.

– Не слышу радости, – недовольно произносит.

Я тут же прихожу в себя.

– Не терпится тебя увидеть, – вымученно говорю, едва ворочая языком.

– По голосу непохоже. Я, по-твоему, что, тупой? Что происходит, Хлоя?

– Обычное волнение перед свадьбой, Фрэнк. Приезжай скорее, мне так одиноко без тебя, – лгу я, крепко зажмурившись.

– Соскучилась по моему члену?

Предательские слезы все же стекают по щекам, вызывая жгучее желание сдохнуть.

– Я не слышу, – хрипит он.

– Очень.

– Как-то неуверенно прозвучало.

– Фрэнк, я безумно по тебе соскучилась, ты же знаешь. Я просто устала. Бесконечный выбор цветов, меню, рассадка. Это отнимает много сил.

– Какая же ты неблагодарная тварь.

Тяжело сглатываю.

– Я работаю, чтобы ты могла все это выбирать, пока ты там развлекаешься, нанося крем для загара. И это вся твоя благодарность?

– Фрэнк… – шепчу я.

– Потом поговорим, – нервно отвечает он, прежде чем бросить трубку.

Я сползаю по двери на пол и позволяю себе заплакать. Бросаю телефон на плитку в надежде, что он разобьется и Фрэнк не сможет мне позвонить, но айфон остается целым.

Издаю стон отчаяния и обхватываю колени руками. Из груди вырываются рыдания, что я держала в себе много лет.

Вы наверняка задаетесь вопросом, а почему она не уйдет? Зачем терпит? Можно же просто взять и уйти.

Можно. В теории.

Вот только теории на то и теории, и вам никогда не узнать, каково это – терпеть насилие. Не столь важно, психологическое или физическое. Насилие мозга ничуть не лучше, чем насилие тела, если уж на то пошло. Но если вдруг вам известно… то мне невероятно больно за вас, ведь я отлично знаю, каково это – терпеть оба вида насилия и не найти в себе сил это остановить из-за страха.

Но сейчас, встретив Эштона, вдруг стало интересно: а какая эмоция сильнее – страх или любовь? Готова ли я перестать бояться, чтобы позволить себе любить?

ГЛАВА 20

VIRGINIA TO VEGAS – NO EXCUSES

Эштон– Ты готова к веселью? – облокотившись на дверной косяк, интересуюсь я, когда следующим вечером Хлоя открывает дверь свой виллы.

Она улыбается и слегка наклоняет голову набок.