Я понимаю, родители сильно на тебя давят.

– Ага, – пробормотал Коннор. – Давят.

Я не сумела подавить зевок.

– Тебе стоит поспать, – тут же сказал Коннор.

– Я совершенно потеряла чувство времени. Как будто мама позвонила мне много лет назад, – призналась я. – Спасибо тебе еще раз. И передай мою благодарность Уэстону.

– За что?

– За то, что был со мной в пекарне, за то, что позаботился обо мне, когда я была в панике.

– У него случаются приступы доброты.

Я закрыла глаза, вспоминая недавний сон. Во сне я закрыла глаза и целовалась с Коннором, а когда открыла, на месте Коннора уже был Уэстон.

«Той ночью они оба мне помогли. Они оба важны для меня, но по-разному».

– Коннор?

Он кашлянул, его голос стал еще более хриплым.

– Да?

– Если прогнозы врачей верны и моему папе станет лучше, я сразу вернусь в Бостон. И, если твое приглашение еще в силе, я бы хотела прийти в дом твоих родителей на День благодарения.

– Правда?

– Если ты по-прежнему этого хочешь.

– Это самое важное… для меня. Ты уверена?

– Я никогда не провожу День благодарения на ферме, потому что могу позволить себе только один перелет, и тут Рождество выигрывает.

– Я могу помочь с любым перелетом, Отем.

– Знаю. Но с самым важным ты уже помог. – Я откинулась на спинку качелей. – Жду не дождусь, когда увижу тебя снова.

– Я тоже. Я всегда рядом, если понадоблюсь тебе.

– Это все, что мне нужно.

У меня из глаз снова потекли слезы.

– Не плачь, – нежно прошептал он. – Все будет хорошо.

– Откуда ты знаешь, что я плачу?

Я услышала, как он длинно, медленно выдохнул, словно колебался.

– Я начинаю тебя запоминать, – сказал он. – Не просто твои слова, а то, как ты говоришь. Молчание между словами.

Звук, который ты издаешь, задумавшись. Тишину, возникающую, когда ты пытаешься сдержаться.

Я прижала пальцы к губам и напряженно слушала, впитывая каждое слово сердцем.

– Я знаю, что ты плачешь, потому что слышу тебя, – продолжал он. – Я не могу тебя обнять, но очень хочу. Очень сильно.

– Я тоже. Мне нужно ощутить твое прикосновение. – Я плотнее прижала телефон к уху, крепче сжала его пальцами.

– Я не могу обнять тебя и быть рядом с тобой, но я тебя слышу. И я передумал; если тебе нужно поплакать, плачь. Я слушаю. Я приму от тебя все, что нужно.

Все, что угодно. Я рядом. Ты можешь все мне отдать. Я могу это принять, я хочу это сделать.

Его слова разбудили что-то скрытое глубоко в моей душе. Я думала, что просто немного поплачу от усталости, но теперь разрыдалась, и слезы капали на телефон одна за другой. Я плакала из страха за отца, потому что ферма с трудом сводила концы с концами. Плакала из чувства благодарности за то, что попала домой, и от желания немедленно оказаться рядом с этим человеком, который сейчас находился в сотнях миль от меня.