– Ты выдвинул свое условие «никаких секретов» до того, как мы встретились! Ты потребовал, чтобы жена была честна с тобой во всем, не потрудившись доказать, что я могу тебе доверять. Я согласилась, хотя могла и возразить – ведь для меня это тоже риск.

– Я могу играть только по таким правилам.

– По правилам? Я говорю с тобой о браке, а все, о чем способен говорить ты, – это правила! Ты хочешь знать обо мне все, а что я получаю в ответ?

В эту минуту Лазз перестал владеть собой окончательно.

– Какую же тайну я от тебя скрыл? Я честно отвечал на все твои вопросы!"

"– Ты не сказал про Инферно. – Она заставила его замолчать нетерпеливым взмахом руки. – И ты лжешь себе и мне, когда заявляешь, что его нет. Одно твое прикосновение – и для меня перестали существовать все мужчины!

– Для тебя не существуют другие мужчины? – Лазз не смог скрыть своей радости.

– Именно! Но ты позаботился предупредить меня об этом? Нет.

– Инферно – просто романтический вымысел.

– Я знаю твои мысли на этот счет. – Ариана взяла его руку и крепко сжала. – Ты отрицаешь все, что связано с легендами твоей семьи, однако хочешь ты того или нет, но мы действительно связаны этим чертовым Инферно, чем бы оно ни являлось!

– Это похоть, – выдавил с трудом Лазз. Однако если это похоть, то почему он пришел в такую ярость, едва увидев свою жену с другим мужчиной, и испытал боль, которую ему еще не доводилось испытывать? – Желание, – словно защищаясь, добавил он.

– Ты повторяешь эти слова как заклинание, – сказала Ариана, не выпуская его руки. – Ты до дрожи в коленях боишься признаться себе, что в этом мире существует нечто, не поддающееся логике. Ты боишься, что, признавшись в этом, станешь уязвимым.

– Не боюсь. Я всего лишь прагматик, поэтому больше доверяю разуму, чем эмоциям.

Уголки ее чувственных губ дрогнули.

– Как в ресторане?

– Это только подтверждает мою правоту, разве ты не видишь? – Лаззаро не заметил, что это высказывание абсолютно нелогично. – За исключением меня, все Данте позволяют эмоциям главенствовать над разумом. И что это им дает?

– В последний раз, когда я их видела, они выглядели счастливыми.

– Уверен, что и мои родители не были исключением, когда только что поженились, но брак по любви не дает гарантии счастья на всю жизнь. Вот и они не жили счастливо. Думаю, папа и мама победили бы в номинации «самый несчастливый брак». Как только ты вручаешь себя другому человеку, это неизбежно причиняет боль.

Гнев Арканы утих.

– Такова жизнь, Лазз. На свете мало людей, которых миновали бы страдания. Вспомни Кейтлин. Но когда кто-то, кто не совсем тебе безразличен, хочет разделить с тобой горести и радости, почему бы не впустить его в свою жизнь? Почему не дать себе и ему маленький шанс? Попробуй поверить своим чувствам.