– А меня не нужно ставить в известность, что у нас новый сотрудник? И вообще, почему я не видел ее резюме? Что это за самоуправство в отделе кадров?

– Петрович, царствие ему небесное, сам ее принимал. А вышла она неделю назад, когда Пономарева из бухгалтерии ушла в декрет. Так что успокойтесь, товарищ директор. Никакого самоуправства.

– А-а, – протянул я, улыбнувшись. – Тогда ладно.

Мы вышли на пятом этаже, подошли к сто второй квартире, Макаров поправил галстук, нажал на звонок, а как только дверь распахнулась, я чуть не выронил из руки коробку с цветами.

Эта ж та брюнетка, которую я пару раз видел в офисе. Она была с пучком волос на голове, в очках и в строгом костюме.

Вот так новости… Ее совсем не узнать.

«Такая милая, домашняя девочка», – невольно улыбнулся я.

– Герман Андреевич? Дима?

Девушка смотрела на нас испуганными серыми глазами. Торопливо запахнула шелковый халатик, опустила взгляд на мои руки с цветами, и ее щеки налились румянцем.

– Любовь… – начал я и на секунду задумался:

«И имя-то какое».

Прочистил горло и продолжил:

– От лица нашей компании поздравляем тебя с Международным женским днем. Желаем хорошего настроения, улыбок…

– И быть такой же прекрасной, как эти цветы, – елейным голосом продолжил Макаров, и подмигнул ей.

«Выскочка!» – Я сердито покосился на него и вручил подарок сотруднице.

Выпрямился, пригладил волосы, обвел взглядом стройные ножки девушки, розовые тапочки с помпонами и, не удержавшись, взглянуть на пышную грудь, обтянутую тонкой шелковой тканью.

Вот черт! Кажется, она это заметила.

Люба еще больше засмущалась.

– В-вы п-проходите, проходите, – протараторила она и отошла в сторону. – Давайте я вас кофе угощу?

?????????????????????????????????????????????????????????????????????На самом деле я бы не отказался от кофе. Да еще и в такой приятной компании.

Мы с Макаровым переглянулись.

– Можно, – синхронно ответили и вошли в квартиру.

«И чего он так на нее смотрел?» – злился я, заметив у Макарова повышенный интерес к Любе.

– Любаш, а где ванная комната?

– По коридору налево, – послышалось с кухни.

«Любаш…» – проворчал про себя я и направился за Макаровым в ванную.

– А халатик ей идет гораздо больше, чем строгий пиджак, – шепнул Макаров, толкнув меня плечом.

Он пригладил у зеркала волосы и, выходя из ванной, задержал взгляд на полотенцесушителе."

"– Смотри, – кивнул он на развешанные цветные трусики. – Готов поспорить, скоро я буду снимать их с ее упругой попки! – И, подмигнув мне, вышел из ванной.

Я вынул из кармана брюк звонящий телефон.

«Жена», – светилось на экране.

– Да, милая!

– Гер, ну ты скоро? Ужин остывает.

– Скажи спасибо своему отцу за эту нелепую традицию, – вздохнул я в трубку. – Остался последний адрес. Буду через час, – пообещал я.