— Не могу, — раздражённо отозвался он.

— Почему? — спросила она, резко оборачиваясь. Почему ему вообще было не всё равно? Что за странный моральный кодекс у этого человека? Ее взгляд скользнул по шраму на его скуле.

— Я… я не могу сидеть на месте, — пробормотала она, отводя глаза. — Я не могу просто сидеть со своими мыслями. Мне нужно что-то делать. Нужно двигаться.

Джонас провёл рукой по волосам, потянув за узел на макушке.

— Пять минут, — тяжело выдохнул он.

Уголки её губ дрогнули, и она с трудом заставила себя не прыгать от радости.

— Твой желудок поблагодарит меня за завтрашний ужин, когда я добавлю грибы и травы в похлебку.

"

"И когда духи леса не пошлют туман или не откроют ямы на полянах, чтобы споткнулись лошади, добавила она про себя.

Джонас что-то пробормотал, но она не расслышала. Они шли в молчании, и Силла напряжённо всматривалась в землю, надеясь отыскать что-нибудь съедобное. Но чем дольше ничего не находилось, тем сильнее опускалось её сердце. Придётся довольствоваться тем скудным пучком щавеля, который она уже собрала. Это было лучше, чем ничего.

— Ты действительно потеряла свою землю? — раздался вдруг голос Джонаса, вырывая её из мыслей.

Силла обернулась и моргнула, глядя на него. В выражении его лица мелькнуло что-то странное, неуловимое. Медленно, она кивнула.

— Мне жаль, — сказал он. Джонас приоткрыл рот, будто собирался что-то сказать… но передумал. Его взгляд ожесточился. — Но это не оправдывает того, что ты пробралась в нашу повозку.

— Поверь, если бы я знала, что это ваша повозка, я бы держалась от нее как можно дальше, — огрызнулась Силла. — Разве ты не понимаешь? Я была в отчаянии. У меня не было ни гроша.

Я боялась, что люди моего дяди найдут меня и перережут мне горло. Что бы ты сделал на моём месте?

— Заработал бы себе дорогу, а не крал её.

— Ты ужасно упрямый, — выдохнула она, откинув с лица прядь волос. Этот человек был похож на тролля, окаменевшего на солнце.

— Я целеустремлённый, потому что знаю цену труду, — отозвался Джонас низким голосом. Он двинулся к ней, и Силла заставила себя не отступать. — В этом мире мне нет ничего, что досталось мне даром.

Силла не смогла сдержать смешок.

— Ты думаешь, что мне всё доста…

Он подошёл ближе, и слова застряли у неё в горле.

Внезапно её сердце застучало сильнее.

— Эта работа — важна. За нее обещана самая крупная выплата, что мы когда-либо получали. Если ты всё испортишь…

Ярость вспыхнула в ней так резко, что подтолкнула к действию. Она отбросила ящик, схватила Джонаса за пряжки доспеха и резко прижала к дереву. Грудь вздымалась от дыхания, жар пульсировал в теле.

— Слушай, Волк, — прошипела она. — Я только что похоронила отца. Выжила среди гримвольфов и бандитов в Искривленном сосновом лесу.